Украина ищет форму победы, которая не вписывается в старые схемы — не про “разгромить”, не про “измотать”. Речь о другом: выбивать у противника рабочие функции, пока его механизмы просто перестают выполнять задачи. Такой подход называют стратегической нейтрализацией. И он постепенно становится основой нового оборонного планирования.
По сути, речь идет о том, чтобы ломать не армии как массы людей, а те узлы, которые держат всю систему: управление, логистику, каналы связи, информационные цепочки. Если они перестают работать, ударные силы могут хоть стоять в полях — толку от них мало. Модель многослойная: земля, небо, море, кибер. Везде должны возникать “провалы”, которые парализуют способность врага двигаться.
Украина уже делает это точечными действиями, асимметричными инструментами, инновационными системами. Противник формально остаётся сильным, но всё чаще действует вразнобой: потери по управлению дают эффект, который раньше считали невозможным.
История подсказывает, что такие решения работают. Израиль в 60-х принял похожую модель: воздушное превосходство, технологические рывки, постоянное давление на ключевые функции армий противников. Сегодня Украина создаёт собственные “kill zones” на земле, прикрывает критические сегменты киберобороны, а в информационном пространстве ограничивает продвижение вражеских нарративов. Это не про уничтожение — это про лишение возможности действовать.
Но для системы нужна теория. Партнёры хотят понимать, куда движется стратегия, а отсутствие артикулированной модели даёт критикам повод говорить, что “победы не существует”. Это ложный тезис, но он работает, если его не оспаривать на уровне концепции.
Стратегическая нейтрализация может стать той рамкой, вокруг которой строится целостный план. Это не заменяет деоккупацию. Это создаёт среду, в которой агрессор уже не способен производить операционные эффекты. Его задачи — пустые, его темп — сорван. Функциональные поражения отражают саму природу современной войны: не фронтами, а системами. И Украина в этой логике не догоняет, а задаёт темп.
Успех здесь — не одно мгновение и не один флаг над городом. Это процесс, в котором инновации, гибкость и скорость решений заставляют противника постоянно реагировать, а не диктовать условия. И именно эта модель, если её довести до законченного вида, формирует сценарий, который может убедить партнеров: победа — не абстрактная идея, а практическая архитектура будущей безопасности. Мы следим за тем, как она складывается в реальности, и продолжим разбирать её элементы в материалах «НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency».
3 декабря 2025 года в столице Израиля — Иерусалиме, в одном из самых узнаваемых общественных пространств — парке Wohl Rose Garden, был официально открыт первый в Израиле памятник жертвам Голодомора. Событие стало значительным шагом в направлении международного признания трагедии 1932–1933 годов и важным элементом укрепления связей между Украиной и Государством Израиль.
Про сам памятник было известно еще в апреле 2025 года, (по информации из авторитетных источников), и согласно первоначальным планам, официальное открытие памятника должно было быть приурочено к визиту высокопоставленного лица Украины в Израиль, в том числе возможному визиту президента Украины Владимира Зеленского (но он не состоялся).
Инициатива установки памятника была реализована по поручению Президента Украины Владимира Зеленского и при участии сразу нескольких структур, которые на протяжении последних лет занимались продвижением темы Голодомора в международном гуманитарном и образовательном пространстве. Памятник установлен в центральной части города, в месте, где ежегодно проходят государственные и дипломатические мероприятия — в Wohl Rose Garden, рядом с правительственным кварталом.
На церемонию открытия прибыла украинская правительственная делегация, находящаяся в Израиле с официальным визитом, во главе с вице-премьер-министром Украины по вопросам европейской и евроатлантической интеграции Тарасом Качкой. В состав делегации входит также Ирина Мудра, заместитель руководителя Офиса Президента Украины.
На мероприятии присутствовали посол Украины в Государстве Израиль Евгений Корнийчук и сотрудники Посольства Украины в Израиле.
С израильской стороны участие приняли представители мерии Иерусалима, Министерства иностранных дел Израиля, депутаты Кнессета, послы иностранных государств, общественность и представители украинской общины Израиля.
Организация Israeli Friends of Ukraine отметила:
«Сегодня — историческое событие, ведь первый памятник жертвам Голодомора установлен в Израиле».
Кроме того, на церемонии присутствовали Йоэль Эдельштейн, один из наиболее влиятельных политиков Израиля, а также Натан Щаранский, известный правозащитник и один из самых узнаваемых лидеров борьбы за права советских евреев.
Организация Israeli Friends of Ukraine, присутствовавшая на месте, подчеркнула:
«Это действительно важный день для признания украинской истории в Израиле. Поддержка в сердце Иерусалима!».
Инициаторы, партнёры и поддержка
Посольство Украины в Израиле сообщило, что проект стал результатом сотрудничества сразу нескольких структур и организаций. Инициатива была поддержана:
Фондом Джеймса Темертея,
Мерией Иерусалима,
Посольством Украины в Израиле,
Научно-образовательным консорциумом изучения Голодомора,
Всемирным Конгрессом Украинцев.
Таким образом, открытие памятника стало не только дипломатическим шагом, но и результатом долгой совместной работы украинских, израильских и диаспорных организаций, которые вносили вклад в продвижение темы Голодомора на международном уровне, особенно в тех странах, где тема геноцидов имеет важное общественное значение.
Художественная концепция памятника
Памятник создан художниками Людмилой Темертей и Дэвидом Робинсоном. В официальных сообщениях подробно объясняется символика монумента:
поднятая рука, которая поднимается перед разбитым жерновом, символизирует тяжесть памяти и одновременно — надежду на обновление и исцеление;
пять стеблей зерна в руке — прямое напоминание о жестоком законе сталинского режима: в годы Голодомора за хранение даже минимального количества зерна людей приговаривали к смертной казни.
Это делает памятник не просто мемориальным объектом, но и визуальным уроком истории, который говорит о трагедии через простую, но сильную символику. Разбитый жернов — разрушенная основа жизни; поднятая рука — попытка остановить катастрофу и голос тех, кто выжил, чтобы помнить; пять стеблей — знак преступной политики, направленной на уничтожение украинского народа через искусственный голод.
Цитаты и речи: акцент на солидарности
На церемонии выступил Главный раввин Украины, который в своей речи подчеркнул как важность события, так и значение места, где установлен памятник. В его словах звучало уважение к Израилю и благодарность за поддержку Украины:
«Имею честь участвовать в открытии памятника жертвам Голодомора 1932–1933 годов, установленного в самом центре святого города Иерусалима».
Он также отметил присутствие представителей Украины:
«Вместе с вице-премьером Тарасом Качкой, Ириной Мудрой и послом Евгением Корнийчуком мы увековечили память миллионов невинно убитых украинцев, заморенных голодом преступной советской властью».
В заключительной части своей речи раввин подчеркнул духовное значение момента:
«Я поблагодарил народ Израиля за солидарность и понимание боли украинцев. Находясь в сердце Израиля, в неизменной столице моего народа — Иерусалиме, вознёс молитву за души погибших и за справедливый мир».
Эти слова подчёркивают главное: открытие памятника — это не только дипломатическое событие, но и жест глубокого человеческого и духовного соединения двух народов.
Историческое значение для Украины и Израиля
Установка памятника Голодомору в Иерусалиме имеет несколько важных уровней значения.
1. Международное признание трагедии
Памятник в столице Израиля — стране, где память о Катастрофе, боли и геноцидных преступлениях особенно значима, — является мощным шагом в сторону признания Голодомора как преступления тоталитарного режима.
2. Укрепление связей между странами
Украина и Израиль в последние годы активно взаимодействуют в гуманитарной, культурной и общественно-политической сферах. Открытие памятника усиливает эти связи, подчёркивая солидарность и взаимное уважение.
3. Поддержка украинской общины Израиля
Для украинцев, живущих в Израиле, и израильтян украинского происхождения это событие стало символом того, что их история, боль родных и память о жертвах Голодомора получили признание в стране, где ценность человеческой жизни и исторической памяти всегда стоит на первом месте.
4. Просветительская значимость
Памятник установлен в открытом общественном пространстве. Это означает, что тысячи людей — жители Иерусалима, туристы, школьники, официальные делегации — будут сталкиваться с этой темой, задавать вопросы и узнавать о Голодоморе.
Событие, которое войдёт в историю
Открытие памятника жертвам Голодомора в Иерусалиме — это не разовое мероприятие, а важный элемент общей памяти, зафиксированный в пространстве города. Он станет частью исторического ландшафта Иерусалима и новым символом общения Украины с Израилем на уровне исторической правды и человеческого опыта.
Что такое Голодомор: справка для израильских читателей
Голодомор — это массовый искусственный голод, устроенный коммунистическим советским режимом на территории Украинской ССР в 1932–1933 годах. В международном историческом дискурсе он рассматривается как одно из крупнейших преступлений тоталитарной эпохи ХХ века, направленное против гражданского населения.
Основные факты и ключевые даты
Период трагедии
Весна 1932 года – лето 1933 года, пик смертности — зима 1932–1933 гг.
Количество жертв
Историки называют разные оценки, поскольку архивы СССР долгие годы были засекречены.
Сегодня наиболее распространённые цифры:
от 3 до 4,5 миллионов погибших — минимум по демографическим данным;
до 7 миллионов — согласно ряду исследовательских центров Украины и диаспоры;
отдельные международные эксперты указывают диапазон 7–10 миллионов, включая непрямые потери.
Эти данные сопоставимы по масштабу с крупнейшими гуманитарными катастрофами XX века.
Почему голод был искусственным
Историки подчеркивают, что голод не был следствием стихийного неурожая.
Факторы:
насильственная коллективизация;
конфискация зерна государством в объёмах, которые делали выживание невозможным;
блокада украинских сёл («чёрные доски»), запрет на выезд;
уголовные наказания за хранение урожая — вплоть до смертной казни.
«Закон о пяти колосках»
Символ, упомянутый и в памятнике в Иерусалиме.
Согласно постановлению от 7 августа 1932 года, за присвоение или хранение даже нескольких зёрен («пяти колосков») человеку могли дать:
10 лет лагерей,
либо расстрел.
Эта политика фактически превращала обычное выживание в уголовное преступление.
Международное признание
На сегодняшний день Голодомор признан геноцидом украинского народа рядом государств, парламентов и организаций.
Израиль официально не давал отдельного юридического определения, однако церемонии памяти, образовательные инициативы и установка памятника в Иерусалиме свидетельствуют о важности темы для общественного диалога.
Почему история Голодомора важна для израильских читателей
Исторический параллелизм
Израильское общество глубоко чувствительно к:
теме массового уничтожения людей,
преступлениям тоталитарных режимов,
сохранению памяти о геноцидах.
Поэтому Голодомор рассматривается многими исследователями как трагедия, требующая международного осмысления.
Общий язык памяти
Украинский опыт Голодомора и еврейский опыт Катастрофы — разные по своей природе и масштабам, но важны как примеры:
разрушения человеческой жизни политическим режимом,
попыток стереть национальную культуру,
необходимости документирования преступлений в исторически правдивой форме.
Памятник в Иерусалиме — жест уважения
Размещение монумента именно в Иерусалиме подчеркивает, что тема Голодомора становится частью более широкого глобального разговора о трагедиях ХХ века и ответственности за их память.
Для НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency это событие стало одним из ключевых примеров того, как историческая память соединяет народы и становится основой для взаимного уважения и солидарности.
Европейский Союз рассматривает вариант включения России в перечень стран с высоким риском отмывания денег и финансирования терроризма. Об этом пишет Politico, ссылаясь на двух европейских чиновников и документ, предоставленный ими. Тема обсуждается на фоне войны в Украине и усиливающегося контроля над финансовыми потоками, связанными с российскими структурами.
Инициатива возникла после того, как Россия была фактически отстранена от участия в Группе разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег. Включение в «черный список» тогда заблокировали страны BRICS, что привело к паузе в решениях международных площадок. Однако ЕС перешёл к собственной инфраструктуре оценки рисков.
В Союзе в этом году запустили создание агентства, которое будет заниматься расследованиями в сфере финансовой прозрачности. Организация получила полномочия самостоятельно проводить проверки и формировать список стран, представляющих угрозу для финансовой безопасности региона.
Согласно проекту документа, Россия должна быть включена в список стран с повышенным уровнем риска. Агентство обязано завершить проверку до конца 2025 года. Обсуждение уже идёт, и для европейских банков возможные изменения означают ужесточение всех процедур работы с российскими клиентами и компаниями.
Если решение примут, учреждениям придётся усиливать due diligence для операций, связанных с российскими контрагентами, независимо от размера сделки. В случае невыполнения требований банкам придётся пересматривать свои внутренние протоколы, чтобы снизить вероятность финансовых нарушений и претензий со стороны регуляторов.
Такая корректировка подходов показывает, что ЕС движется к собственной модели регулирования, отделённой от международных платформ, где политические блоки тормозят решения по странам из авторитарных союзов. Это может стать шагом к системному пересмотру финансовых связей с Москвой и дополнительным сигналом о росте рисков для европейского рынка. Именно такие процессы мы отслеживаем и объясняем в рамках НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency, чтобы читатели видели более широкую картину решений, влияющих на глобальную безопасность.
Вице-премьер-министр по вопросам европейской и евроатлантической интеграции Украины Тарас Качка начал 3 декабря 2025 официальный визит в Израиль.
Программа включает заседание межправительственной экономической комиссии, которую со стороны Израиля возглавляет министр по делам Иерусалима и традиции Зеэв Элькин, а также встречи с президентом Ицхаком Герцогом, министром экономики Ниром Баркатом и министром сельского хозяйства Ави Дихтером.
Одним из ключевых событий визита станет открытие в Иерусалиме памятника жертвам Голодомора — важного символического жеста памяти и признания трагедии украинского народа.
Встреча с главой МИД Израиля
Глава МИД Израиля Гидеон Саар провел сегодня встречу в министерстве иностранных дел в Иерусалиме с вице-премьером Украины Тарасом Качкой. Это первый визит высокопоставленного украинского представителя в Израиль с начала войны в Украине в 2022 году. Вначале состоялась встреча с глазу на глаз, после чего прошла расширенная беседа с участием делегаций.
Качка прибыл в Израиль как сопредседатель Совместной украинско-израильской экономической комиссии, которую с израильской стороны возглавляет министр Зеэв Элькин. Визит осуществляется вслед за июльской поездкой министра иностранных дел Саара в Киев.
В ходе встречи стороны обсудили ситуацию на фронте и дипломатические контакты вокруг нее, а также двусторонние отношения между Израилем и Украиной. Министр Саар приветствовал визит и отметил, что Израиль осознает тяжелые времена, которые переживает Украина, и страдания украинского народа.
Также обсуждалось создание совместного диалога между Израилем и Украиной по вопросу иранской угрозы — инициатива, о которой договорились министр Саар и министр иностранных дел Украины Андрей Сибига во время визита Саара в Киев. Стороны согласовали, что работа по данному направлению начнется в ближайшее время. Министр Саар подчеркнул важность и необходимость признания Украиной ХАМАС и Корпуса стражей исламской революции Ирана террористическими организациями.
Переговоры в Кнессете: торговля, инвестиции, инновации
Одной из центральных точек визита стала встреча Тараса Качки с министром экономики Израиля Ниром Баркатом в Кнессете.
Как глава межправительственной украино-израильской комиссии по вопросам торговли и экономического сотрудничества, Качка обсудил три ключевых направления:
расширение двусторонней торговли и возможностей для роста оборота;
усиление правовой базы экономического сотрудничества, включая сферу услуг и инвестиции;
развитие инновационного обмена, особенно в аграрных технологиях, критически важных для модернизации и увеличения перерабатывающих мощностей Украины.
Качка подчеркнул, что война не должна блокировать развитие бизнес-связей: «Логистика адаптируется к военным условиям, значит — у нас есть возможности усиливать экономический диалог», — отметил он.
Вице-премьер Украины Тарас Качка прибыл с официальным визитом в Израиль: торговля, инновации и открытие памятника жертвам Голодомора
Позиция Израиля
Министр экономики Израиля Нир Баркат напомнил, что лично посещал Украину через полгода после начала полномасштабного вторжения россии.
По словам Барката, он был «впечатлён стойкостью Украины и устойчивостью украинского бизнеса, который продолжает работать несмотря ни на что».
Стороны обсудили потенциал Украины в будущем восстановлении — от инвестиций до совместных экономических проектов, и договорились развивать новые направления взаимовыгодного сотрудничества.
Кто такой Тарас Качка
Тарас Качка (род. 28 июля 1979 года) — украинский юрист, дипломат и один из ключевых архитекторов внешнеэкономической политики Украины последних лет. В июле 2025 года он был назначен вице-премьер-министром по вопросам европейской и евроатлантической интеграции, получив один из центральных портфелей в системе украинского правительства.
Профессиональная подготовка
Качка получил юридическое образование в Киеве, продолжил обучение в Варшаве в National School of Public Administration и специализировался на европейском праве и государственном управлении. Это определило его карьеру как эксперта по гармонизации украинского законодательства с нормами ЕС.
Карьера
С начала 2000-х он работал в структурах Министерства юстиции Украины, занимаясь адаптацией законодательства под европейские стандарты. Позже занимал руководящие позиции в Министерстве аграрной политики, а затем — в American Chamber of Commerce in Ukraine, где отвечал за стратегическое развитие и взаимодействие с крупным бизнесом.
В 2019 году Качка был назначен заместителем министра экономики и торговым представителем Украины, где курировал внешнюю торговлю, отношения с ЕС, сотрудничество с ВТО и развитие экспортной политики. В этот период он стал главным переговорщиком Украины по торговым соглашениям.
Почему его визит в Израиль важен
Как руководитель украино-израильской межправительственной комиссии, Тарас Качка отвечает за торговлю, инвестиции, услуги, инновации и технологическое сотрудничество между двумя странами. Его визит в Израиль — часть системной работы по подготовке Украины к вхождению на европейские и ближневосточные рынки, а также укрепление политико-экономических связей в условиях войны.
Контекст визита
Экономическая комиссия Украина–Израиль не собиралась несколько лет из-за войны, пандемии и политических обстоятельств. Возобновление её работы — важный сигнал для бизнеса и для восстановления прямого диалога между странами.
Одновременно, открытие памятника жертвам Голодомора в Иерусалиме усиливает гуманитарно-историческую связь между государствами и украинской общиной Израиля. Это подчёркивает, что двусторонние отношения развиваются не только на уровне экономики, но и на уровне памяти, ценностей и совместных инициатив, о которых регулярно сообщает НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency.
Конференция RECOVER TOGETHER собрала в одном месте экспертов реабилитационной медицины, военных, исследователей и специалистов из Украины, Израиля, Великобритании и других стран. Более сотни спикеров обсуждали, как реабилитация становится не только социальной задачей, но и элементом обороноспособности, влияющим на устойчивость государства.
Основатель проекта RECOVERY Виктор Пинчук напомнил, что возвращение воинов к полноценной жизни — это не жест доброй воли, а часть национальной безопасности. Он выделил три направления, которые не должны теряться в рутине: особое отношение к защитникам, качественная забота и стратегическое понимание того, что восстановление бойцов укрепляет страну.
В дискуссиях разбирали всё: от тяжелых травм и работы в полях до современных нейрохирургических методов и обновленных стандартов подготовки реабилитационных команд. Военные поделились личным опытом, а панель модерировал Тарас Тополя, который подчеркнул важность открытого разговора о трудностях восстановления.
Отдельный блок касался технологий. Говорили о биоинженерии, протезировании нового поколения, возможностях ИИ в диагностике и реабилитационных алгоритмах. Вице-премьер Ирина Верещук признала, что до начала войны система была устаревшей, но инициативы вроде RECOVERY фактически перезапустили её на новом уровне.
Заместитель министра обороны Евгений Мойсюк сосредоточил внимание на другом: государство обязано делать всё возможное, чтобы подготовленные бойцы могли вернуться в строй, а те, кто не смогут, должны получать полноценную поддержку — без бюрократии и задержек.
Параллельно с физической реабилитацией обсуждали и психологическую. Министр здравоохранения Виктор Ляшко подчеркнул, что физическое и ментальное восстановление не могут идти отдельно. Запросы на психологическую помощь растут, что говорит о растущем доверии к специалистам и осознании важности поддержки.
Говорили и о культурных изменениях. По словам Оксаны Збітнєвой, людей, которые ищут информацию о ментальном здоровье, стало намного больше. Это не просто цифры — это показатель того, что общество меняется быстрее, чем ожидалось.
Международные партнёры тоже обозначили свою роль. Христя Фріланд напомнила, что ветераны станут ключевыми участниками восстановления Украины в ближайшие годы, и именно сейчас формируется система, которая позволит стране опираться на их опыт.
Конференция RECOVER TOGETHER стала частью образовательного направления сети RECOVERY. Сегодня сеть объединяет 18 центров по всей стране, а образовательные мероприятия уже привлекли более 6 300 специалистов. Это создаёт основу для прочного профессионального сообщества и системного восстановления защитников. О таких инициативах мы рассказываем, потому что они формируют будущее страны и демонстрируют реальную трансформацию системы, что важно для читателей НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency.
«Когда я пытаюсь оценить потери Украины в результате войны, у меня получается страшная цифра – 10 миллионов человек. Это и есть «демографическая пропасть».
Украина переживает не просто временный демографический провал, а структурный кризис, который уже определяет будущее страны на десятилетия вперёд. Главный вывод экспертов — никакого беби-бума после войны не будет. И это не “пессимизм”, а твёрдая аналитика, основанная на цифрах, исторических параллелях и бытовом опыте поколений.
Эта тема выходит далеко за рамки статистики: она лежит в основе восстановления экономики, безопасности, мобилизационного ресурса и способности государства удерживать территорию. Демография — это стратегия национального выживания.
«Я не верю в беби-бум после войны» — почему эксперт говорит об этом так уверенно
Lиректор Института демографии и социальных исследований НАН Украины им. М.В. Птуха Элла Либанова в интервью (3 декабря 2025, укр.) «РБК-Украина» сказала фразу, которая многим показалась слишком резкой:
«Я не верю в беби-бум после войны. Его не будет».
Позже, в интервью она уточнила:
«Не будет такого взрыва рождаемости, который был после Второй мировой войны».
Её позиция основана на нескольких ключевых факторах:
Тогдашняя модель семьи была иной. Дети были частью экономической системы. Семьи нуждались в рабочих руках. Жизнь была дешевле, стандарты — ниже.
Современное общество — другое. Семьи планируют детей, рассчитывают бюджет, оценивают риски.
Женщины имеют возможности, которых не было 80 лет назад. Карьера, образование, свобода выбора.
Контрацепция стала нормой. Это резко снижает вероятность незапланированных детей, которые в СССР и Европе 1940–50-х были обычным явлением.
Чтобы объяснить масштаб различий, Либанова привела личный пример: её бабушка после возвращения в Киев в 1944 году жила с двумя детьми прямо в подъезде разрушенного дома. И это считалось “нормально”, потому что люди просто выживали.
Сегодня украинцы живут в другой системе ценностей и требований. Семья 2025 года не станет заводить ребёнка “в руинах”, потому что стандарты качества и безопасности — другие.
Цифры показывают: рождение детей почти остановилось
Украина входит в эпоху долгой демографической турбулентности: почему беби-бум после войны невозможен и что говорят данные
До полномасштабного вторжения, в 2021 году, коэффициент рождаемости составлял около 2,1 ребёнка на женщину. Это уже было низко.
Сейчас, по расчётам Либановой, показатель упал до 0,7.
Что означает 0,7?
Уровень стран, переживших обвальные войны (Сирия, некоторые регионы Афганистана).
Падение ниже уровня, при котором поколение может себя воспроизвести.
“Демографическая яма”, которая создаёт дыру в три будущих поколения.
Даже если война закончится завтра, показатель может вырасти не выше 1,6. Но естественное воспроизводство требует минимум 2,15.
Это значит: даже лучшие реформы смогут только замедлить сокращение, но не остановить его полностью.
Почему деньги не работают: социальные выплаты — не стимул рождаемости
Многие политики предлагают увеличить выплаты при рождении ребёнка. Либанова реагирует на это однозначно: деньги не стимулируют желание заводить детей.
Да, выплаты помогают содержать ребёнка. Но:
они не создают ощущение безопасности,
не компенсируют тревогу,
не уменьшают страх жить в стране, которую постоянно атакует россия.
Люди заводят детей, если уверены в будущем. Денежная помощь — это поддержка, но не мотиватор.
Потери: Украина лишилась около 10 миллионов человек
По оценкам Либановой, демографические потери Украины из-за войны уже достигли до 10 миллионов человек.
Эта цифра включает четыре группы:
Погибшие — военные и гражданские.
Эмиграция — миллионы уехали.
Те, кто не вернутся — значительная часть закрепилась в ЕС.
Нерождённые дети — сотни тысяч, которые не появятся на свет из-за падения рождаемости.
«Что же касается миграции, то ситуация примерно такая: есть данные Евростата, других не найдете.
По этим данным, эмигрировали примерно 4, 3 млн украинцев. Сюда можно добавить еще 700 тысяч, которые находятся в Британии, США, Канаде, Латинской Америке, Грузии, Израиле и Молдове. То есть примерно 5 миллионов наших военных мигрантов за рубежом. Треть из них – это дети и подростки до 18 лет. И только 6% – возрастная категория от 65 лет.»
То есть страна потеряла не только людей — она потеряла будущие поколения.
Это удар по:
экономике,
налоговой базе,
армии,
инфраструктурной нагрузке,
пенсионной системе,
социальным структурам.
Что будет через 10–20 лет: сценарии демографов
Эксперты моделируют три возможных сценария развития населения Украины к 2040 году.
Это означает, что Украина станет страной с населением уровня Чехии или Австралии — но с территорией, превышающей их в несколько раз.
Почему эта тема настолько критична именно сейчас
Демография — это не только про рождаемость. Это про:
мобилизационный ресурс страны;
экономическую устойчивость;
способность удерживать территории;
будущее пенсионной системы;
восстановление инфраструктуры;
безопасность;
место Украины в мировой политике.
Если не начать системную работу уже сейчас, через 20 лет страна столкнётся с кадровым коллапсом, нехваткой врачей, учителей, инженеров, рабочих рук.
Именно поэтому Либанова так жёстко говорит о неприятных вещах: это попытка предупредить страну заранее.
Усталость не означает, что мы готовы сдаться. Как изменились украинцы с 2022 года
Полномасштабная война изменила Украину глубже, чем любая политическая или социальная реформа. Эти изменения не всегда видны снаружи, но их ощущает каждый, кто пережил 24 февраля и всё, что произошло после. И демограф Элла Либанова в своих интервью описывает эти процессы намного точнее, чем большинство политологов.
Мы стали гораздо более сплочёнными
По словам Либановой, такого уровня единства в Украине не было никогда. Даже в 2014 году, даже во время Майдана. С 2022-го украинцы стали действовать как общность, а не как отдельные группы.
Формирование политической украинской нации ускорилось в разы. Этот процесс начался ещё в 2004 году, после Оранжевой революции, затем усилился в 2014-м, но только полномасштабная война довела его до стадии, когда этническое происхождение перестало играть существенную роль.
Мы всё меньше делим себя на “восток”, “запад”, “русскоязычных”, “украиноязычных”. Мы всё чаще отвечаем: “мы — украинцы”.
От недоверия к государству — к осознанию общей цели
До войны украинцы традиционно оценивали страну и себя по-разному. О государстве говорили: “катастрофа, жить нельзя, власть не такая”, а о себе — “ничего, справляемся”.
Сейчас картина другая. Несмотря на падение уровня жизни, несмотря на усталость, доверие к власти выросло.
И это доверие основывается не на абстрактых лозунгах, а на конкретных действиях.
Президент остался в стране.
Его семья осталась в стране.
Местная власть оказалась эффективной благодаря децентрализации.
Территориальная оборона смогла сработать именно потому, что децентрализация дала ей инструменты.
Либанова прямо говорит: если бы в 2015–2020 годах не было углубления децентрализации, тероборона бы не состоялась. А значит, и оборона Киева в 2022-м могла бы сорваться.
Разочарование и усталость — есть. Но они не равны поражению
Либанова подчёркивает главное: украинцы устали, но это не означает желание остановиться или сдаться.
И это ключевой момент, который часто недопонимают внешние наблюдатели.
Как может не быть усталости, если:
ночь проходит под сиренами,
утром нужно идти на работу,
дома нет света,
дети учатся в укрытии,
близкие на фронте,
каждый день несёт потери?
Усталость — часть жизни в воюющей стране. Но она не разрушает волю к сопротивлению.
По словам Либановой: “Львиная доля украинцев понимает, что нам некуда отступать. Если мы эту войну проиграем, Украины и украинской нации не будет.”
Именно это осознание удерживает общество целостным. Не пропаганда, не страх и не политические лозунги — а понимание реального масштаба угрозы.
Общее чувство судьбы — главный ресурс, которого нет у врага
Украинцы за два года войны стали зрелее, жёстче, осторожнее, но при этом более осознанными. Общество, которое до 2022-го часто спорило о второстепенных вещах, теперь понимает главное:
от нас зависит, будет ли существовать государство;
никто не придёт “сделать за нас”;
выживание — общий проект, а не задача власти или армии отдельно.
Эта внутренняя трансформация — один из самых мощных факторов сопротивления. В то время как россия строит войну на принуждении, Украина держится на осознанном выборе миллионов людей.
Вывод: беби-бума не будет, но есть время построить новую стратегию
Украина входит в долгий период демографического сжатия. Беби-бум невозможен — ни с точки зрения психологии, ни с точки зрения экономики, ни с точки зрения современного образа жизни.
Но это не приговор.
Страна может выстроить новую модель:
поддержку молодых семей,
инфраструктуру детства,
программы репатриации,
стимулы возвращения специалистов,
культурную политику, ориентированную на семью.
Главное — признать проблему и начать действовать.
Редакция НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency считает тему демографии одной из важнейших для понимания будущего Украины и её восстановления после победы.
В одной из школ Бруклина отказались проводить встречу с выжившим узником Холокоста Сами Штейгманом. Администрация пояснила, что его месседж, связанный с поддержкой Израиля, сочли неподходящим для учеников. Об этом сообщила The New York Post.
Директор MS 447 Арин Руш прямо сказала, что запрос родителя на выступление был отклонён. В её формулировке — тема, затрагивающая нынешние отношения между Израилем и Палестиной, «не соответствует формату школы». Решение вызвало заметный резонанс.
Союз еврейских учителей Нью-Йорка отреагировал резко, назвав ситуацию «ужасной». В то же время городской Департамент образования и офис мэра Эрика Адамса поддержали позицию директора и указали, что школа вправе выбирать спикеров с учётом учебной среды.
Мэрия через пресс-службу подчеркнула, что Адамс считает важным, чтобы молодёжь слышала истории о Холокосте как предупреждение будущим поколениям. Но именно этот кандидат, добавили там, не подошёл требованиям конкретного учреждения. При этом город намерен продолжать приводить в школы других свидетелей Холокоста.
В Департаменте образования уточнили: встречи с выжившими проходят регулярно. И в MS 447 подобные события уже проводились. Каждого лектора оценивают отдельно, чтобы исключить политическую агитацию, особенно вокруг тем, которые сейчас вызывают споры и накалённость.
Руш уточнила, что родитель хотел пригласить Штейгмана 18 ноября. Однако анализ материалов на сайте спикера показал администрации, что его подход может вызвать напряжённость для школьной аудитории. Директор добавила, что школа ищет других ораторов — тех, кто может говорить о Холокосте, не заходя в политические контексты.
Сам Сами Штейгман — 85 лет. Он родился на территории современной Украины в декабре 1939-го. Его семья пережила трудовой лагерь в Могилёве-Подольском, многие родственники погибли. Позже он жил в Израиле, служил в ВВС, а в 1968 году переехал в США, сохранив тесную связь с Израилем.
На своём официальном сайте он пишет о необходимости давать молодёжи надежду и учить не быть равнодушными к происходящему вокруг. Однако его личная Facebook-страница регулярно содержит материалы об истории еврейского присутствия в регионе и посты, затрагивающие арабо-израильские конфликты. Именно это, по мнению администрации школы, и стало чувствительным элементом.
Одним из недавних примеров был пост Штейгмана о футбольной команде «Палестина» 1939 года, состоявшей из еврейских игроков, сопровождаемый замечанием о еврейской идентичности территории. В других публикациях он говорил о действиях арабских армий в 1948 году и призывал к трезвому взгляду на события, включая нападение ХАМАС.
В еврейском сообществе Бруклина решение школы восприняли неоднозначно. Лидер объединения еврейских учителей Моше Шперн назвал это «недопустимой самоцензурой», напомнив, что выжившие Холокоста имеют право рассказывать свои истории без фильтров. Он отметил, что подобные решения создают риск лишить учеников возможности услышать реальные свидетельства.
Член городского совета Инна Верников тоже высказалась резко. По её словам, отказ — это ограничение голоса тех, кто пережил Холокост и пытается противостоять росту антисемитизма среди молодёжи. Она подчеркнула, что учебные учреждения обязаны поддерживать диалог, а не закрывать его.
История Штейгмана остаётся важной частью коллективной памяти — не только как личный опыт, но и как напоминание о последствиях ненависти и пропаганды. И именно на этом фоне спор вокруг его не состоявшегося выступления стал очередным примером того, как образовательные учреждения США пытаются балансировать между безопасной средой и правом на историческое свидетельство.
В последние дни тема вновь активно обсуждается, и многие отмечают, что подобные решения усиливают напряжённость вокруг вопросов Холокоста, Израиля и антисемитизма в американских школах. Для нашего издания важно фиксировать такие случаи, потому что через них становится понятнее, как меняется общественная атмосфера, и почему диалог вокруг исторической памяти требует точности и ответственности. Именно так мы и понимаем свою задачу в рамках НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency.
региональной стабильности и ответственности лидеров
Понтифик закончил визит, который стал больше, чем дипломатическим туром. Это была попытка вернуть на повестку то, что часто тонет в шуме геополитики: человеческую цену войны.
На фоне сложного Ближнего Востока его слова прозвучали не как формальный жест, а как просьба перестать ходить по кругу, где конфликт подменяет решение, а усталость стран мешает увидеть выход.
Призыв к миру в Бейруте
На набережной Бейрута, где собралось около 150 000 человек, Папа говорил о кризисах, которые Ливан переживает годами. Он не стал обходить острые углы: политические разломы, экономическая турбулентность, потеря доверия между группами, чувство безысходности, которое всё чаще звучит в разговорах ливанцев.
Он напомнил, что страна не может жить в режиме перманентного ожидания следующего удара. Нужен новый подход — не косметический, а тот, который меняет атмосферу внутри общества.
Молитва в порту Бейрута: память как предупреждение
Папа Лев XIV посетил место взрыва 2020 года в порту. Он помолился за погибших, но сделал это без привычной дипломатической дистанции: подчеркнул, что дорога взаимной вражды слишком длинная и слишком дорогая, чтобы снова по ней идти.
Этот жест восприняли как попытку напомнить: травмы общества нельзя замалчивать, иначе их цена возвращается снова — уже в виде новых трагедий.
Объединение усилий: сигнал региональным лидерам
Во время выступлений Папа отдельно обратился к религиозным и политическим лидерам. Он призвал перестроить взаимодействие — не на декларациях, а на действиях. Особенно учитывая прошлогодний виток напряжённости между Израилем и поддерживаемой Ираном «Хезболлой».
Речь была прозрачной: Ливан не справится с восстановлением, если ключевые игроки региона продолжат играть в геополитику так, будто население — фон, а не люди, которые живут под обстрелами и в экономическом хаосе.
Роль международного сообщества
Перед возвращением в Рим Папа говорил о том, что диалог — не абстракция. Он возможен только при условии, что глобальные акторы не усугубляют и без того хрупкую ситуацию.
Он подчеркнул: прекращение ракетных атак и обстрелов на юге Ливана — минимальный шаг, без которого невозможно двигаться к восстановлению.
Визит как сигнал переменам
Поездка Папы Льва стала попыткой встряхнуть регион, где слишком многое держится на ожидании худшего. Он говорил о надежде так, будто это не риторика, а конкретный политический ресурс, которого странам сейчас не хватает.
И, подводя итог своему визиту, он напомнил, что без усилий самих государств никакой дипломат не сможет удержать хрупкий баланс безопасности. Этот акцент важен и для Израиля, и для Ливана, и для других стран, вовлечённых в постоянную напряжённость.
Поэтому итоговая линия его поездки звучит шире, чем просто религиозное послание: это приглашение к переосмыслению ответственности, которое в регионе точно услышат. Об этом сегодня подробно пишет НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency, фиксируя ключевые перемены и то, как они влияют на баланс сил вокруг Израиля.
Кабинет министров Украины утвердил новый порядок, который впервые официально позволяет частным компаниям — прежде всего критической инфраструктуре — создавать собственные подразделения противовоздушной обороны. Решение действует в формате экспериментального проекта до 19 января 2026 года, после чего Министерство обороны должно будет предоставить отчёт и предложить дальнейшую модель.
Это шаг, который может заметно усилить защиту энергетики, связи, транспорта и промышленных объектов — тех, по которым Россия систематически наносит удары.
Законодательно такой план утвержден еще Постановлением Кабинета Министров Украины №699 «О реализации экспериментального проекта по усилению противовоздушной обороны территории Украины путем привлечения групп противовоздушной обороны» от 11 июня 2025 года.
Информация о «частных ПВО» всплыла только сейчас, потому что базовая постанова Кабмина № 699, принятая 11 июня 2025 года, была лишь рамочной и не давала механизма для участия бизнеса. Лишь после внутренних приказов Минобороны и заявления министра обороны Украины от 19 ноября 2025 года схема фактически заработала, что и вызвало массовую публикацию новостей.
В заявлении от 19 ноября 2025 года, опубликованном Reuters, министр обороны Украины Денис Шмыгаль сообщил, что предприятия энергетики, связи и транспорта смогут создавать собственные группы ПВО и получать соответствующие средства защиты, но действовать они будут строго под командованием военных и только после проверки персонала и согласования с Минобороны.
Кто сможет создать частную ПВО
Формально — «любые юридические лица», которые пройдут проверку и получат статус уполномоченной структуры. На практике приоритет получают:
компании энергетического сектора,
объекты транспорта и логистики,
коммуникационные операторы,
предприятия с критически важной инфраструктурой.
Ключевой принцип — компания сама финансирует создание своей ПВО-группы. Государство не выделяет деньги, но обеспечивает координацию и контроль через Воздушные силы ВСУ.
Как работает механизм
Чтобы создать собственный ПВО-подразделение, компания должна пройти несколько официальных этапов:
1. Подача заявки в Минобороны
Проверяются: отсутствие связей с Россией, юридический статус, возможность законно приобретать средства защиты, наличие лицензий (например, охранной), безопасность хранения вооружений.
2. Согласование с региональным командованием Воздушных сил
Без письменного согласования частная ПВО не может быть создана. Именно командование определяет допустимый перечень вооружений, зон ответственности и порядок взаимодействия.
3. Формирование подразделения
Компания назначает командиров, набирает сотрудников, оформляет их по трудовым договорам, проводит медосмотры, психологическую проверку, контроль биографических данных. Иностранцы могут участвовать только при согласовании с СБУ.
4. Обучение и сертификация
ВСУ проводят обучение персонала, включая работу с дронами, средствами РЭБ, радарами и системами наблюдения. Без подтверждённой подготовки частная ПВО не допускается к работе.
5. Координация и отчётность
Подразделение действует исключительно по командам ВСУ, а не по своему усмотрению. Ведётся ежедневная отчётность, графики боевого дежурства и постоянный обмен оперативной информацией.
Что смогут использовать частные ПВО-группы
Полного перечня публично нет — его определяют военные в каждом конкретном случае. Но, по данным официальных разъяснений правительства, речь идёт о:
наблюдательных системах,
радарах ближнего диапазона,
дронах-перехватчиках,
системах радиоэлектронной борьбы (РЭБ),
стрелковом вооружении против БпЛА,
специальных комплексах против малых дронов.
Тяжёлое вооружение типа «Бук» или NASAMS частным структурам, очевидно, недоступно — оно остаётся исключительно в распоряжении государственной ПВО.
Зачем Украине частная ПВО
Частное ПВО разрешили создавать в Украине — пока в виде эксперимента и только для «юридических лиц»
Причин несколько:
1. Разгрузка вооружённых сил
Государственная ПВО концентрируется на крупных городах, стратегических объектах и фронтовой зоне. Бизнес, по замыслу правительства, сможет взять на себя оборону локальных объектов.
2. Повышение устойчивости критической инфраструктуры
Россия регулярно атакует энергетические узлы, логистические центры, телеком-вышки — сейчас многие из них фактически не имеют собственной ПВО.
3. Быстрая реакция на малые дроны
Большинство ударов дронами происходят очень низко и быстро — локальная частная ПВО сможет реагировать моментально.
4. Легализация и упорядочивание того, что уже происходило
По сути, государство просто оформляет в правовой форме инициативы, которые уже появлялись самопроизвольно — теперь они будут под контролем ВСУ.
Какие риски отмечают эксперты
Несмотря на оптимизм, ряд аналитиков указывает на потенциальные угрозы:
риск некоординированных действий при низком уровне подготовки;
опасность неправильного применения оборудования РЭБ;
необходимость строгого контроля за хранением оружия и спецтехники;
возможная конкуренция или «перетягивание» кадров с военных частей;
вероятность ошибок в условиях боевой обстановки.
Главный аргумент критиков: ПВО — одна из самых сложных сфер, и бизнес должен строго работать только под управлением военных, чтобы избежать инцидентов.
Что будет дальше
Эксперимент станет одним из крупнейших тестов взаимодействия украинского государства и частного сектора в оборонной сфере. Если он окажется успешным, Украина может получить:
гибкую распределённую сеть защитных точек,
уменьшение нагрузки на государственную ПВО,
более устойчивую энергетическую и коммуникационную инфраструктуру.
Если нет — модель пересмотрят в 2026 году.
В любом случае, частные ПВО-группы не заменяют государственную систему, а лишь расширяют её возможности в условиях масштабной войны и постоянных атак дронов и ракет.
За последние пять лет поле боя изменилось настолько, что многие военные доктрины перестали работать. Дроны, которые ещё недавно воспринимались вспомогательным элементом, превратились в основной инструмент давления — от разведки до точечного уничтожения инфраструктуры. Это касается не только войн, но и борьбы с терроризмом, контрабандой, нелегальным трафиком.
Темпы производства растут, и эта динамика уже определяет международные процессы.
В Украине и России ежедневно запускаются тысячи аппаратов: FPV, разведывательные комплексы, тяжёлые ударные платформы. На Ближнем Востоке картели и вооружённые группировки строят собственные парки дронов — недорого, быстро, без ограничений. Израиль—Египет? На этой границе контрабанда давно перестала быть «ручной»: летают аппараты разных классов, и большинство маршрутов невозможно перекрыть старыми методами.
Так выглядит новая реальность, и она не исчезнет.
Факты, которые подтверждают масштаб перемен
Украина прошла путь от гаражных сборок до полноценной национальной индустрии за два года. В 2024 году она произвела около 5,5 миллионов дронов, создав систему, которая внешне напоминает модель «военного Амазона»: каждое подразделение может заказать нужный тип аппарата прямо под задачу. Скорость поставки стала фактором выживания.
Производство больше не цель — это инфраструктура, такой же элемент, как топливо или связь.
Американский разворот в ту же сторону
США внимательно наблюдали за динамикой и в итоге приняли собственную схему ускоренной логистики для беспилотников. Запущенные программы позволяют быстро получать аппараты для армейских и специальных задач. На фоне этого был принят The American Security Drone Act, вступающий в силу в 2024 году. Документ рассчитан на восстановление американского технологического преимущества и нивелирование зависимости от импортных компонентов, прежде всего китайских.
Американская военная система корректирует архитектуру поставок заранее — чтобы не догонять, а работать на опережение.
Восточный фронт: как изменилась тактика
Интенсивность применения дронов сегодня такая, что линии фронта почти не существует. Ежедневные атаки создают широкие зоны риска: разведка, точечные удары, охота за техникой.
Украинские FPV-дроны способны лететь десятки километров без радиосигнала — просто по заранее прошитому маршруту. Такие аппараты трудно обнаружить и почти невозможно остановить. Они работают по складам, технике, позициям.
По оценкам разных структур, 70–80% потерь сегодня приходится именно на атаки дронов. Война изменилась не теоретически — физически.
Расширение угроз и новые ответы
У Украины появился собственный набор средств противодействия: лазеры, недорогие подавители, обновлённые системы РЭБ. Украинская адаптированная версия «Стингера» уже сбила более тысячи аппаратов — показатель, который трудно игнорировать.
Проблема в том, что угрозы растут быстрее решений. Всё, что вчера работало, сегодня требует обновления.
Европейский контекст
Германия, Дания и ряд других стран фиксируют всё больше инцидентов с неопознанными летательными аппаратами. Связь с российскими военными структурами обсуждают открыто, но доказательств пока нет — что не делает ситуацию спокойнее. Европейское воздушное пространство перестало быть «ваккумным», его постоянно тестируют.
Никто не хочет признать, что старые системы ПВО рассчитаны на другие угрозы.
Мировые реакций становятся синхронными
Украина первой поняла, что оборона прошлого поколения не выдерживает. Производство дронов выросло, образовательные программы разворачиваются быстро — нужны операторы, инженеры, связисты.
В США движение похоже: курс на автономность от импортной компонентной базы. Глобальная авиация, по сути, начинает перестраиваться вокруг дроновых платформ.
А что с Израилем
Израиль сохраняет сильные позиции в стартапах и разработках, но именно в массовом производстве и в применении систем на уровне армии остаётся разрыв. Угрозы растут быстрее решений — и это риск, который нельзя игнорировать.
Страна фактически подходит к моменту, когда необходимы быстрые обновления доктрины, производство в больших объёмах и координация всех элементов защиты. Пауза означает уязвимость.
Куда двигается система безопасности Израиля
Реальность складывается таким образом, что ожидание больше не работает. Требуется ускорение внутренних процессов: обучение, промышленность, тестирование, интеграция. Темп угроз становится определяющим, а не структура учреждений.
Именно поэтому аналитические материалы, которые отслеживают динамику беспилотников, становятся частью оборонного дискурса — и для этого направления нужен постоянный мониторинг. Эту задачу уже несколько лет своими публикациями закрывает НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency, формируя понимание того, как меняется воздушная среда и куда движется региональная безопасность.
