Минус восемнадцать и тьма: как израильские дипломаты переживают зиму войны в Киеве -
16.01.2026
-
Новости Израиля
Щит для аятолл: как Москва помогает Тегерану удержаться на фоне протестов и про что Израилю следовало бы уже и задуматься -
15.01.2026
-
Новости Израиля
Индекс потребительских цен в Израиле: что показали данные за декабрь и почему это важно в начале 2026 года -
15.01.2026
-
Новости Израиля
…
В начале ноября 2025 года в швейцарском Люцерне тихо ушла из жизни Лидия Климовна Савчук — одна из последних живых украинских Праведниц народов мира. Ей было 100 лет.
Не политик, не медийная звезда — обычная на первый взгляд женщина, которая в юности однажды сказала «да» чужой жизни и всю оставшуюся жизнь жила с этим выбором.
Светлая тень столетия
Если разложить её путь по сухим строкам, получим почти учебниковый список:
1925 — рождение в Виннице.
1941–1944 — немецкая оккупация, подпольная помощь евреям и советским солдатам.
1950-е — семья, дети, Киев.
2 января 1995 года — признание Праведницей народов мира в Яд Вашем.
Февраль 2022-го — новая война, на этот раз путинская-российская.
Апрель 2022-го — эвакуация из Киева.
Ноябрь 2025-го — смерть в Люцерне.
Но между этими датами — бетонные подвалы Винницы, чердак, где прятали солдата, крик на рынке, где Лидию однажды избили за помощь еврейскому другу брата, ночные облавы, киевская коммуналка, эвакуационная машина под вой сирены и швейцарское озеро, в котором спокойно отражаются Альпы.
Эта цепочка — и есть её жизнь.
Между Гитлером и путиным: век одной женщины
История Лидии Савчук тем и поражает, что она буквально прошла по линии разлома между двумя разными, но очень похожими войнами. В юности на неё шёл Гитлер со своей «расовой теорией» и карателями в Виннице. В старости — путин с «русским миром» и ракетами по Киеву. Две разные эпохи, две разные формы пропаганды, но один и тот же холодный взгляд на людей как на «материал».
В 1940-х нацистская Германия решала, кто имеет право жить, а кто — нет. Еврейский солдат, которого семья Савчуков прятала на чердаке, в логике рейха был просто «лишним». В 2022 году российская власть уже так же пытается стереть украинцев из реальности — «нет такого народа», «искусственное государство», «подлежащие денацификации». Для Лидии все эти формулы не были абстракцией: сначала она спрятала человека, которого Гитлер хотел стереть, а потом сама оказалась в городе, который путин пытался запугать до молчания.
Между этими двумя режимами — её век. Винницкий чердак, где шепотом передавали еду солдату «Ивану Петрову», который на самом деле был киевским евреем Исааком Тартаковским. Киевская квартира, где в 98 лет она слушала сирены и просила дочку отодвинуть кровать от окна, чтобы осколки не задели. Машина, на которой её вывезли из Киева дипломаты и волонтёры, — как зеркальное отражение того, как когда-то её семья вывозила Исаака из опасного дома в другой конец города.
Если упростить до предела: Гитлер строил мир, где таких, как Тартаковский, не должно было быть. путин строит мир, где таких, как Лидия и её украинские соседи, желательно «не слышно и не видно». И посреди этого — одна женщина, которая в 17 лет сказала «да» чужой жизни, а в 98 лет услышала «мы обязаны вас спасти» уже от других людей и других государств.
Лидия Савчук прожила свою жизнь буквально между двумя нацистами — старым и новым, «классическим» и современным. Но ни разу не стала похожа ни на одного из них. Именно с этой точки — сравнения двух войн и одного человеческого выбора — и стоит смотреть на её биографию дальше.
Дом Савчуков: Винница, чердак и солдат «Иван Петров»
Лидия родилась в Виннице в семье Степана и Надежды Савчук. В доме под одной крышей с родителями жил и её брат Валентин. Жизнь шла как у тысяч семей в советской Украине до 22 июня 1941 года — дня, когда Германия и СССР, поделив предварительно Польшу, Прибалтику и Румынию, начали между собой войну.
Валентина призвали в «Красную армию». Связь с ним вскоре пропала. Страх за сына стал для Савчуков постоянным фоном. И именно это чувство — тревога за собственного ребёнка — позже подтолкнуло их не отвернуться от чужого.
В марте 1942 года в дом Савчуков пришёл мужчина. Представился: «Иван Петров», советский солдат, сбежавший из немецкого лагеря для военнопленных. Похожих историй тогда в Украине были тысячи, но эта оказалась особенной.
Семья решила пустить его. Петров поселился на чердаке. Лидия носила ему еду, разговаривала, слушала его обрывочные рассказы. Постепенно он понял: этим людям можно доверять. Он заметил, что Лидия и её родители уже помогают другим — приносят еду еврейским знакомым, иногда прячут их у себя ненадолго.
Не задолго до этого в доме Савчуков уже скрывался лучший друг их сына Валентина — еврей. Его однажды узнали на рынке; Лидию за это жестоко избили. Опыт был страшный, но семью он не остановил.
Когда Петров понял, что Савчуки готовы рисковать не на словах, он открыл правду: «Меня зовут Исаак Тартаковский. Я — еврей из Киева».
К этому моменту Киев уже пережил Бабий Яр, а Винница — массовые убийства евреев и создание гетто. Исаак знал: без такой семьи, как Савчуки, у него почти нет шансов.
Винницкий чердак, Старый город и освобождение
С этого момента Исаак жил у Савчуков под , для них, настоящим именем, хотя официально продолжал числиться «Иваном Петровым». Его убежищем стал чердак. Когда по улице проходили патрули или в дом заходили проверяющие, он забирался выше и затаивался.
В апреле 1943 года семья получила приказ освободить дом: в него хотели поселить немецких солдат. Савчукам пришлось в спешке собирать вещи. Казалось бы, это удобный момент «случайно забыть» о еврейском соседе. Но они взяли Исаака с собой.
Семья перебралась в винницкое предместье Старый город. Там они представили его как родственника. В новой комнате всё было просто: кровати, стол, пару стульев. Но был и чердак, куда Исаак уходил, когда в дом приходили проверяющие или чиновники — сверять документы.
Осенью 1943-го винницкое гетто окончательно ликвидировали, оставшихся евреев убили. Несколько человек сумели бежать и пытаясь спастись, стучались в двери местных жителей. На фоне этого ужесточения режима Савчукам приходилось быть ещё осторожнее: малейшая ошибка могла стоить жизни не только им, но и человеку, которого они укрывали.
20 марта 1944 года в Винницу пришла советская армия. Исаак вышел из подполья, вернулся в войска. Семья провожала его так, как провожают родного. Они не знали, увидятся ли ещё.
Встреча на улице и семья после войны
После войны Исаак Тартаковский демобилизовался, окончил Киевский художественный институт и остался в столице. Он начинал с небольших заказов, постепенно стал известным художником. Это была уже другая жизнь — с мастерской, красками и полотнами, но память о Виннице никуда не делась.
В начале 1951 года произошло то, что в фильмах обычно подаётся под музыку. Исаак шёл по киевской улице — и вдруг увидел знакомое лицо. Это была Лидия. Случайная встреча, несколько слов, потом ещё одна встреча — уже запланированная.
Спустя два года, в 1953-м, они поженились. Для кого-то — романтический сюжет о «спасителе и спасённом», но для них самих это был союз людей, которые прошли через одно и то же пламя.
В их семье родились двое детей — Анатолий и Елена. Оба пошли по художественной линии. Картины, мастерские, выставки — всё это стало продолжением истории, начавшейся когда-то в винницком доме с чердаком.
Киевские годы и признание Яд Вашем
Семья обосновалась в Киеве. Лидия работала, вела хозяйство, поддерживала мужа. В их доме время от времени всплывали воспоминания о Виннице: о брате Валентине, о евреях, которым пытались помочь, о том, как она лежала на земле после избиения на рынке. Но это были разговоры «для своих», без пафоса.
Только в 1990-е годы история Савчуков получила официальное продолжение.
2 января 1995 года Яд Вашем присвоил Степану, Надежде и Лидии Савчук звание Праведников народов мира. На стене в киевской квартире появилась аккуратная рамка с документом и медалью.
Для Лидии это было не столько «наградой», сколько подтверждением: то, что они сделали, действительно увидели и записали.
Когда война вернулась: февраль 2022 года
К моменту начала полномасштабного вторжения России в Украину Лидии было 98 лет. Она жила в Киеве, вместе с дочерью Еленой и зятем Олегом.
Ночь с 23 на 24 февраля 2022-го разбила привычную тишину: взрывы, новости, звонки. Вскоре один из обстрелов задел их дом — выбитые окна, осколки стекла, холодный воздух в квартире. Состояние здоровья Лидии уже было тяжёлым: деменция, слабость, зависимость от чужой помощи.
Ей говорили про эвакуацию — поезд, автобус, машины волонтёров. Она, по воспоминаниям близких, сначала только качала головой: «Уезжать? Опять?». Она уже один раз видела, чем заканчивается война, и не верила, что во второй удастся сбежать.
Почти полтора месяца семья жила под сиренами. Ночёвки в коридоре, мешки с вещами у двери, разговоры о том, каких лекарств не хватает. В какой-то момент стало ясно: оставаться — значит «играть в рулетку».
Дорога к новой жизни: дипломаты, фонд и граница
История Лидии дошла до людей, которые занимались спасением уязвимых групп — переживших Холокост, Праведников, стариков.
Со стороны Израиля подключился посол в Украине Михаил Бродский. С другой — британский общественный деятель Джонни Дэниелс и его организация From The Depths. Они сделали то, что умеют лучше всего: превратили историю конкретного человека в очень практичный план.
11 апреля 2022 года Лидию посадили в машину и вывезли из Киева. По дороге — блокпосты, разрушенные здания, воронки от ракет. Для неё это была вторая эвакуация в жизни. На границе с Польшей ей помог статус Праведницы и внимание израильских дипломатов: проверка документов, согласования — всё это проходили максимально быстро.
Дальше — ещё дороги, и наконец — Швейцария.
Люцерн: озеро, горы и тихий финал истории
Люцерн встретил её другим воздухом: влажным, озёрным, с запахом дождя и кофе. Внучка Лидии заранее нашла небольшую квартиру. Там было всё простое, но важное: кровать, окно с видом на кусочек неба, кухня, где можно сварить суп, и лифт — без него коляску было бы не спустить.
К её судьбе подключился швейцарский фонд Gamaraal Foundation, который много лет поддерживает выживших в Холокост и тех, кто их спасал. Руководительница фонда Анита Винтер помогла организовать врачей, лекарства, базовый уход.
Лидия почти не ходила, но ещё какое-то время сохраняла ясные моменты. Дочь Елена делала всё, чтобы эти моменты были связаны не с больничными стенами, а с чем-то живым. Если была возможность, она вывозила мать к Люцернскому озеру: вода, лодки, дети с мороженым, шум автобусов — обычная мирная жизнь, которой так не хватало Киеву.
Именно здесь, в Люцерне, история Лидии стала известна европейской аудитории. Про неё писали Blick и SonntagsBlick, публиковали фотографии и рассказывали, как одна женщина пережила две войны и дважды спаслась — сначала в Виннице, потом в Киеве.
Последняя осень и ноябрь 2025-го
К 2024 году Лидии исполнилось 99. Её поздравляли дома, без громких мероприятий. Врачи говорили осторожно: состояние тяжёлое, но стабильное для такого возраста.
Осенью 2025-го организм начал сдавать. Она всё больше спала, всё меньше реагировала на разговоры. Семья решила не отправлять её в больницу. Елена сидела рядом, держала её за руку, иногда читала вслух или включала украинские песни, которые напоминали детство.
В начале ноября сердце Лидии Савчук остановилось.
Фонд Gamaraal сообщил о её смерти, а украинское издание JewishNews написало некролог: в Люцерне умерла одна из последних украинских Праведниц народов мира. Её похоронили в Швейцарии, но часть её биографии навсегда осталась в Виннице и Киеве.
Зачем нам знать её имя
История Лидии Савчук — это не только сюжет о спасении еврея и эвакуации старой женщины из Киева. Это маршрут, который соединяет Винницу, Бабий Яр, Киев, Яд Вашем, границу Украины и Польши, швейцарский Люцерн и десятки людей, которые в разные годы сказали: «Мы ей обязаны».
- Для Украины это пример того, что человеческое достоинство не исчерпывается ни режимами, ни границами.
- Для Израиля — живая иллюстрация того, почему институт Праведников вообще появился.
- Для Европы — напоминание, что война и геноцид — не абстракция, а конкретные лица, адреса, чердаки и кухни, на которых принимаются решения.
Запомнить имя Лидии Савчук — значит признать, что история не заканчивается в архивах. Она продолжается в том, как мы относимся к чужой беде сегодня.
Имя: Лидия Климовна Савчук
Место рождения: Винница, Украинская ССР
Основной подвиг: укрытие Исаака Тартаковского и других евреев во время немецкой оккупации
Звание: Праведница народов мира (Яд Вашем, 2 января 1995 года)
Годы жизни: 1925–2025
И да: это та редкая история, в которой слово «праведница» звучит не как клише, а как буквальное описание профессии — быть человеком.
Что это значит для нас — НАновости. Новости Израиля
Для НАновости — Новости Израиля — история Лидии Савчук — это не «красивый сюжет из прошлого», а зеркало того, что происходит с нами сегодня. Одна украинская праведница прожила век между Гитлером и путином, и оба режима в разное время пытались лишить её и дом, и страну, и право на спокойную старость.
Когда Израиль и еврейские организации помогают такой женщине выбраться из разрушенного Киева и встретить последние годы у озера в Люцерне, это не благотворительность «для галочки». Это прямой ответ на вопрос: кто мы — потомки спасённых и спасителей — в мире, где снова стреляют по мирным городам и снова звучит язык ненависти.
Для израильтян, для украинцев в Израиле, для евреев в Украине эта история — напоминание, что наш общий опыт Холокоста, советских репрессий и сегодняшних войн Украины и Израиля — один длинный, очень неудобный для диктаторов вывод: людей, как Лидия Савчук, нельзя запугать до конца.
И если сегодня путинская Россия пытается играть в «борьбу с нацизмом», мы обязаны каждый раз называть вещи своими именами: нацизм — там, где уничтожают города, депортируют детей и отрицают существование целого народа. Именно поэтому НАновости будет и дальше рассказывать такие истории — о тех, кто не согласился быть жертвой ни у Гитлера, ни у путина, и о тех, кто сегодня выбирает быть на стороне «света», а не на стороне агрессора.
Источники
У віці 100 років померла одна з останніх Праведниць народів світу з України Лідія Савчук
Lidiya Savchuk — DontBeABystander.org
Die unglaubliche Geschichte der Lidia Savchuk — Blick
One life, two wars — SonntagsBlick / Swiss Press Award
Aid campaign Ukraine — Gamaraal Foundation
LEBT JETZT IN DER SCHWEIZ „GERECHTE UNTER DEN VÖLKERN“ FLOH VOR DEM KRIEG IN DER UKRAINE (PDF, Jüdisches Europa)
This is 97-year-old Lidia Savchuk, a Righteous Among the Nations… — Gamaraal Foundation (Instagram)
