Тайна, над которой бились поколения исследователей, наконец сдвинулась с мёртвой точки. Учёным удалось прочитать один из последних зашифрованных текстов свитков Мёртвого моря — рукописей, созданных более двух тысяч лет назад и найденных в пещерах у Западного берега.
Речь идёт о так называемых криптических манускриптах типа B — двух сильно повреждённых фрагментах, которые десятилетиями считались непригодными для чтения. Их расшифровка стала возможной благодаря работе исследователя Эммануэля Оливейро из Университета Гронингена в Нидерландах.
Почему эти тексты считались «нечитаемыми»
Фрагменты, известные как 4Q362 и 4Q363, представляли собой набор странных символов, больше похожих на абстрактные знаки, чем на осмысленный текст. Миниатюрный размер обрывков — иногда всего несколько миллиметров — усугублял ситуацию.
На протяжении десятилетий учёные предполагали, что перед ними либо неизвестный язык, либо сложный шифр без ключа. Однако реальность оказалась иной и, парадоксальным образом, проще.
Оливейро доказал, что каждый знак последовательно соответствует буквам иврита. Сам шифр оказался несложным, но его «маскировка» — намеренно искажённые формы букв, двойные контуры, неравномерный почерк — вводила исследователей в заблуждение более 70 лет.
Что скрывали зашифрованные строки
После расшифровки стало ясно: тексты были созданы представителями кумранской общины — еврейской секты, известной строгими ритуалами и апокалиптическим мировоззрением.
Во фрагментах упоминаются ключевые библейские понятия и имена: Элохим, Израиль, Яков, Иуда. Центральное место занимают темы божественного суда, грядущего Мессии и восстановления разрушенных городов.
Исследователи нашли параллели с пророчествами Иеремии и Малахии — прежде всего с мотивами верности общине и будущего возрождения Израиля.
Не язык, а ритуал
Отдельный интерес вызывает сама форма письма. Кожа, на которой выполнены надписи, потемнела и растрескалась, а чёрные чернила легли неровно, создавая иллюзию «чужого» алфавита.
По мнению Оливейро, усложнённый шрифт был выбран сознательно. Такой способ письма мог подчёркивать сакральность текста и ограничивать доступ к нему — читать его могли лишь посвящённые, возможно, представители жреческой элиты.
Иными словами, это был не способ скрыть смысл от врагов, а форма внутреннего ритуального кода.
Загадки, которые остаются
Даже после расшифровки тексты сохраняют элементы тайны. В них упоминается неизвестная могила и некие «указатели» — возможно, надгробные камни, описание которых не совпадает ни с одним известным библейским источником.
При этом никаких «скрытых мистических посланий» учёные не обнаружили. Ценность открытия — не в сенсациях, а в более глубоком понимании того, как древние общины фиксировали свою веру, страхи и ожидание будущего.
Почему это важн сегодня
Расшифровка криптических свитков — важный шаг для библеистики, истории религии и понимания истоков иудаизма. Она подтверждает: даже микроскопические фрагменты прошлого способны изменить наше представление о духовной и интеллектуальной жизни древнего мира.
История длиной в 70 лет завершилась не громким откровением, а точной научной работой — и именно в этом её главная ценность. За подобными открытиями и их значением для современности внимательно следят НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency.
Украина, находящаяся в состоянии войны, не считается привлекательным направлением даже в обычные периоды — если не говорить о таких клубах, как Динамо Киев или Шахтёр Донецк. При этом и их международная репутация в последние годы снизилась.
Тем не менее украинская лига стала популярным направлением для израильских легионеров и может сыграть роль и в январском трансферном окне, которое открылось на этой неделе.
Израильская публика привыкла слышать об Оскар Глух, Анан Халайли и Манор Соломон, выступающих в командах Лиги чемпионов; об Эли Даса, вернувшемся в Нидерланды; об Омри Гандельман, долгое время игравшем в Бельгии; а также о Бибрас Натхо, продолжающем карьеру в белградском «Партизане». Параллельно растёт и число израильских футболистов в США.
Однако это лишь часть общей картины, рассказал израильский Ynet 3 января 2025.
Игроки вне фокуса, но в процессе роста
Футболисты, о которых идёт речь в этом материале, не выступают в клубах, находящихся в центре внимания. При этом, согласно оценкам участников процесса, разница в уровне между украинской лигой и более именитыми чемпионатами не является существенной, а сами игроки продолжают продвигаться по карьерной лестнице.
Бар Лин и опыт в «Кривбассе»
Одним из примеров является Бар Лин, выступающий за Кривбасс, который на момент публикации занимает пятое место в чемпионате Украины.
Помощник главного тренера «Кривбасса» Ури Давид объясняет, почему считает украинскую лигу подходящей для профессионального роста:
«Возьмём, к примеру, нашу игру против донецкого “Шахтёра” несколько недель назад. У “Шахтёра” есть бразильский левый защитник Федериньо, которого, насколько известно, хотят заполучить многие клубы Премьер-лиги.
Федериньо играл на одном фланге против Бара — и Бар оказал ему достойное сопротивление. Бар всегда был очень техничным, но физически не сильным. Против Федериньо он выглядел уже достаточно мощным. Нет сомнений, что за время пребывания в Украине он закалился.
Любой талант может здесь добиться успеха — при условии, что он настоящий профессионал, как Бар».
Климат и условия работы
Сам Бар Лин описывает условия в Украине следующим образом:
«На прошлой неделе я прилетела в Израиль на месячный отпуск, и по сравнению с Украиной чувствовала себя как в микроволновке. Температура там около нуля или одного градуса, но это не мешает нашей работе. Я определённо добилась прогресса в Кривбассе».
Финансовый аспект
В отдельных случаях переход в украинскую лигу оказывается выгодным и с финансовой точки зрения. Так, Томер Йосефи, выступающий за Полесье Житомир, по оценкам, получает около 400 000 евро в год — на уровне ведущих игроков лиги, что является редкостью для израильского рынка.
Ури Давид отмечает:
«Возможно, Украина сейчас испытывает финансовые трудности, но деньги на футбол здесь есть — потому что люди его любят».
Итог
Украинская лига остаётся сложным направлением для иностранных футболистов. При этом она продолжает привлекать израильских игроков, для которых этот этап становится частью профессионального развития — вне витрины, но в условиях постоянной конкуренции.
Израильская разведка давно стала частью глобального политического мифа. О Моссаде говорят как о почти абстрактной силе — без лиц, без биографий, без прошлого. Однако у любой институции есть человеческое измерение. Если внимательно посмотреть на историю руководства Моссада, особенно во второй половине XX — начале XXI века, становится очевидно: ключевые этапы становления и усиления израильской разведки связаны с людьми, чьи корни уходят в Украину.
Речь не о влиянии государств и не о внешнем контроле. Речь о людях, сформированных опытом еврейской жизни в Одессе, Харькове, Херсоне — городах, где безопасность никогда не была гарантией, а умение выживать становилось частью повседневной культуры. Этот опыт оказался востребованным в момент, когда молодому государству Израиль требовалась не просто разведка, а система выживания. На это обратил внимаение Валерий Боянжу в «Одесская жизнь».
Украинская еврейская реальность как фактор мышления
Евреи из Украины: как выходцы из Украины формировали «Моссад» — украинский след в израильской разведке
Еврейская Украина конца XIX и первой половины XX века была пространством постоянного риска. Погромы, революции, смена империй, Гражданская война, сталинские репрессии, нацистская оккупация — всё это не абстрактные главы учебников, а личная память тысяч семей. Для этих людей государство редко было источником защиты. Чаще — источником угрозы или, в лучшем случае, безразличия.
Именно в такой среде формировался тип мышления, основанный на трёх принципах: не доверять декларациям, проверять реальность и действовать заранее. Этот подход позднее стал одной из негласных основ израильской системы безопасности.
Моссад как продукт не только государства, но и диаспоры
Официально Моссад был создан в 1949 году, уже после провозглашения независимости Израиля. На раннем этапе это была компактная структура с ограниченными ресурсами. Однако довольно быстро она начала опираться на людей с опытом подпольной борьбы, военной разведки и жизни в условиях постоянной угрозы.
Выходцы из Восточной Европы, включая Украину, органично вписались в эту логику. Они не воспринимали безопасность как нечто данное. Для них она всегда была процессом, а не состоянием.
Меир Амит (1963–1968): харьковские корни и системная трансформация
Меир Амит (ивр. מאיר עמית, урожденный Меир Хаимович Слуцкий) возглавлял Моссад в 1963–1968 годах, в период, когда разведка Израиля переходила от этапа становления к этапу институциональной зрелости. Хотя Амит родился уже в Израиле, его родители происходили из Харькова — одного из крупнейших еврейских интеллектуальных центров Восточной Европы.
В англоязычных биографиях стабильно упоминают, что он двоюродный брат поэта Бориса Слуцкого, а сам Слуцкий вырос/формировался в Харькове (это уже про поэта).
Этот фон отразился в его управленческом стиле. Амит был противником импровизации ради героизма. Он настаивал на аналитике, структурировании данных и стратегическом планировании. Именно при нём Моссад стал не просто набором операций, а частью единой архитектуры национальной безопасности.
В годы его руководства разведка сыграла ключевую роль в подготовке к Шестидневной войне. После ухода с поста Амит не исчез из публичной жизни: он стал депутатом Кнессета, участвовал в экономических и технологических проектах, включая телекоммуникации и оборонную промышленность. Это подчёркивает важную деталь: для этого поколения разведка не была изолированной профессией, а частью общего государственного мышления.
Ицхак Хофи (1974–1982): одесский прагматизм в эпоху кризиса
Ицхак Хофи (ивр. יצחק חופי, имя при рождении Ицхак Побережский) возглавлял Моссад в 1974–1982 годах — одном из самых сложных периодов в истории Израиля. Его руководство пришлось на время после войны Судного дня, рост международного терроризма и усиление угроз за пределами Ближнего Востока.
Хофи родился в подмандатной Палестине, но его родители эмигрировали из Одессы. Одесская еврейская среда всегда сочетала иронию, осторожность и жёсткий реализм. Этот культурный код отразился и в его стиле управления.
Хофи избегал публичности и считал, что лучшая операция — та, о которой не знают ни журналисты, ни политики. При нём Моссад значительно расширил международные сети агентуры и укрепил способность действовать за пределами региона, включая Европу и другие континенты.
Меир Даган (2002–2011): Херсон, Холокост и отказ от иллюзий
Наиболее известной фигурой с украинскими корнями стал Меир Даган (урожденный Губерман, в другой транскрипции Хуберман (Huberman)), возглавлявший Моссад в 2002–2011 годах. Он родился в Херсоне в 1945 году в семье, пережившей нацистскую оккупацию. (в некоторых источниках указан 1947 год ; местом рождения Дагана также называется Одесса ).
Его дед был убит во время Холокоста, и эта семейная трагедия стала частью его мировоззрения.
Даган пришёл в разведку из армии, прошёл через ключевые войны Израиля и сформировал репутацию человека, не верящего в «добрую волю» противника. В его кабинете долгие годы хранилась фотография погибшего родственника — не как символ мести, а как напоминание о цене стратегических ошибок.
При Дагане Моссад сосредоточился на превентивных действиях против стратегических угроз, включая ядерные программы противников Израиля. Он последовательно выступал против иллюзий дипломатического умиротворения и считал, что разведка обязана предотвращать угрозы до того, как они станут предметом публичных дискуссий.
При этом за жёстким образом скрывался человек с неожиданными интересами. Даган увлекался живописью и скульптурой, был вегетарианцем и ценил нестандартное мышление. Эта комбинация внутренней рефлексии и стратегической жёсткости делала его одной из самых противоречивых фигур в истории израильской разведки.
Общий знаменатель: опыт нестабильности
Объединяет этих людей не география как таковая, а опыт жизни в условиях нестабильности, характерный для еврейской Украины. Этот опыт сформировал несколько ключевых принципов, которые позднее стали основой израильской разведывательной культуры:
абсолютное недоверие к декларациям без подтверждения;
готовность действовать в условиях неопределённости;
понимание, что слабость государства всегда воспринимается как приглашение к агрессии;
ориентацию на долгосрочное выживание, а не краткосрочный политический комфорт.
Мифы вокруг «украинского следа»
В последние годы тема украинских корней руководителей Моссада нередко используется в пропагандистских целях. Это искажение реальности. Моссад всегда был и остаётся инструментом израильского государства, подчинённым его законам и политическому руководству.
Украинские корни его руководителей — это часть истории еврейской диаспоры, такой же, как польская, литовская, немецкая или иракская. Попытки превратить этот факт в политическую сенсацию лишь упрощают сложную и трагическую историю XX века.
Почему это важно сегодня
На фоне продолжающейся войны в Украине и затяжного конфликта вокруг Израиля исторический контекст приобретает новое значение. Украинские евреи — это не «мост влияния» и не политический инструмент. Это часть общей исторической ткани, в которой переплелись судьбы Украины, Израиля и еврейского народа.
Понимание этого позволяет лучше увидеть логику израильской безопасности — логику, сформированную не абстрактными доктринами, а реальным опытом утрат, бегства и выживания.
Вместо финальной точки
История Моссада — это история конкретных людей, которые принесли в него не только профессиональные навыки, но и личную память о том, что происходит, когда безопасность недооценивают. Украинский еврейский след в этой истории — не сенсация и не аргумент в политических спорах.
Это напоминание о том, что из Одессы, Харькова и Херсона путь иногда вёл не только в эмиграцию, но и в самое сердце системы, отвечающей за выживание государства.
Назначение Кирилл Буданов главой Офиса президента Украины продолжает вызывать резонанс — как внутри страны, так и за её пределами. На фоне резкой реакции России, сдержанно-позитивной оценки со стороны США и анализа западной прессы, с публичным обращением выступил главный раввин Украины Моше Асман, поздравив Буданова со вступлением в должность и 40-летием.
Публичное поздравление и религиозный контекст
В своём обращении 4 января 2025 Моше Асман отметил символическое значение возраста сорока лет, ссылаясь на Каббалу и еврейские священные тексты. По его словам, это возраст подлинного понимания жизни, внутренней зрелости и осознания собственной миссии.
«Поздравляю уважаемого Кирилла Алексеевича Буданова с 40-летием и новой очень важной должностью для Украины!
В Каббале и в наших святых книгах сказано, что сорок лет – это возраст подлинного понимания жизни, глубокой мудрости и внутренней зрелости. Это время, когда человек по-настоящему осознает свою миссию и призвание!
Кирилл Алексеевич – мудрый и сильный человек, наделенный многими дарами. Именно сейчас в его жизни начался новый этап: новый духовный и профессиональный подъем.
От имени моей семьи и от имени еврейской общины Украины – желаю ему крепкого здоровья, радости и Победы!
Пусть Всевышний всегда будет с ним и направляет его на правильный путь и помогает успешно выполнять все возложенные задачи!
Слава Украине!»
«Слава Украине!» Главный раввин Украины поздравил нового главу Офиса президента со вступлением в должность
Раввин подчеркнул, что именно сейчас для Кирилла Буданова начинается новый этап — духовный и профессиональный. Он назвал его мудрым и сильным человеком, наделённым многими дарами, и выразил уверенность, что на новой должности ему предстоит реализовать своё призвание в интересах государства.
Отдельно было подчеркнуто, что слова поддержки прозвучали от имени еврейской общины Украины, а не только лично от раввина. Обращение завершилось фразой «Слава Украине!», что стало прямым выражением гражданской и государственной солидарности в условиях войны.
Назначение Буданова и реакция России
Назначение Кирилла Буданова на пост главы Офиса президента стало одним из самых обсуждаемых кадровых решений начала 2026 года. В России оно вызвало открытую негативную реакцию и волну пропагандистских заявлений.
Российские медиа и официальные лица восприняли это решение как угрозу, поскольку Буданов на протяжении последних лет рассматривался Москвой как один из ключевых архитекторов украинской разведывательной и оборонной стратегии. В прокремлёвской риторике он неоднократно назывался «врагом» и даже «террористом», что лишь подчёркивает уровень раздражения и тревоги.
Украинские эксперты отмечают, что подобная реакция России является косвенным подтверждением значимости фигуры Буданова и его роли в системе национальной безопасности.
Позиция США и оценка Запада
В отличие от российской реакции, в США и среди западных союзников назначение Буданова было воспринято значительно спокойнее. По оценкам экспертов, в Вашингтоне его рассматривают как понятного и предсказуемого партнёра, имеющего опыт прямого взаимодействия с американскими и европейскими спецслужбами.
Западные источники подчёркивают, что фигура Буданова хорошо известна союзникам Украины, а его профессиональная репутация не вызывает сомнений. Это делает назначение сигналом о сохранении курса на тесную координацию с партнёрами в сфере безопасности и обороны.
Что пишет Financial Times
Британское издание Financial Times, анализируя решение президента Владимир Зеленский, отмечает, что речь идёт не о простой кадровой ротации.
По оценке FT, должность главы Офиса президента в Украине формально является административной, однако фактически обладает значительным политическим влиянием. Назначение человека с разведывательным и военным бэкграундом отражает приоритеты военного времени — концентрацию на безопасности, стратегическом планировании и взаимодействии с союзниками.
Издание также обращает внимание на то, что Буданов долгое время ассоциировался с «полевой» работой, и его переход в политико-административную плоскость означает усиление роли силового и аналитического подхода в центре принятия решений.
Религиозный жест как общественный сигнал
На этом фоне поздравление главного раввина Украины приобретает особое значение. В условиях войны и постоянного давления на государственные институты, слова духовных лидеров воспринимаются как маркер доверия и общественной поддержки.
Использование религиозного языка — зрелости, миссии и ответственности — подчёркивает ожидание взвешенных и осознанных решений, а не эмоциональных шагов. Это дополняет политический и международный контекст назначения этическим измерением.
Кирилл Буданов
Кирилл Алексеевич Буданов — украинский военный и государственный деятель, генерал-лейтенант. Родился 4 января 1986 года.
С 2020 года возглавлял Главное управление разведки Министерства обороны Украины (ГУР МО). В период полномасштабной войны России против Украины стал одной из наиболее публичных и влиятельных фигур в сфере национальной безопасности. Под его руководством украинская военная разведка провела ряд операций, оказавших существенное влияние на ход войны, включая действия за пределами линии фронта.
Буданов известен как сторонник активной стратегии сдерживания России, а также как один из ключевых архитекторов взаимодействия украинских спецслужб с партнёрами из США и стран Европы. Регулярно участвовал в закрытых и публичных брифингах для союзников Украины.
Поздравление Моше Асмана Кириллу Буданову стало не просто личным жестом, а частью более широкой картины. На фоне паники в России, сдержанного одобрения со стороны США и анализа западных СМИ, оно усиливает внутреннюю легитимацию нового главы Офиса президента и подчёркивает общественную поддержку его назначения.
В условиях войны подобные сигналы — религиозные, общественные и международные — складываются в единый фон, на котором формируется доверие к ключевым решениям власти.
Венесуэльская политика вошла в очередной турбулентный поворот. Вице-президент страны Делси Родригес объявила себя временной главой государства и выступила с резкими обвинениями в адрес Израиля, связав его с арестом президента Николаса Мадуро, который произошёл в Каракасе 3 января.
Это заявление стало частью экстренной реакции властей на кризис, который уже выходит за рамки внутреннего противостояния и всё активнее смещается в плоскость международных обвинений.
Риторика Делси Родригес
Выступая на заседании национального совета по обороне, Родригес заявила, что Венесуэла якобы стала жертвой внешней агрессии. В её формулировках прозвучали намёки на «сионистский след», что сразу придало происходящему идеологически заряженный характер.
Подобная риторика выглядит попыткой объяснить внутренний кризис через образ внешнего врага. Параллельно Родригес подчеркнула, что Николас Мадуро остаётся, по её словам, единственным легитимным президентом страны — несмотря на его фактическое отсутствие и арест.
Старый приём в новой реальности
Обвинения в адрес «сионистов» — не новый элемент венесуэльской официальной риторики. Сам Мадуро ранее неоднократно использовал подобные формулировки, представляя любые внешние неудачи как результат заговоров и координированных атак.
Исторически такие заявления вписывались в более широкую линию конфронтации с Западом и его союзниками. Однако нынешняя ситуация отличается масштабом: кризис власти совпал с реальными силовыми действиями и фактическим исчезновением президента из политического поля страны.
Арест как точка невозврата
Задержание Мадуро стало шоком как для его сторонников, так и для оппозиции. Для одних это доказательство внешнего вмешательства, для других — признак окончательного краха прежней системы управления.
Объявление временной власти на фоне столь резких обвинений лишь усиливает ощущение нестабильности. Вопрос о том, кто реально контролирует ситуацию в Каракасе, остаётся открытым — как внутри страны, так и за её пределами.
Общество и политический климат
Реакция венесуэльского общества на заявления Родригес остаётся неоднозначной. Часть населения воспринимает происходящее как очередную попытку отвлечь внимание от внутренних проблем — экономического коллапса, обесценивания валюты и социальной усталости.
Другие видят в происходящем признак углубляющегося кризиса легитимности, когда политическая система всё больше замыкается на обвинениях и символической мобилизации вместо реальных решений.
Индикатор глубинного кризиса
Ситуация вокруг ареста Мадуро и заявлений временной власти стала показателем того, насколько политизированной и фрагментированной остаётся Венесуэла. Внутренний конфликт всё чаще подменяется внешними обвинениями, а борьба за власть — борьбой за интерпретацию реальности.
Чем закончится этот этап — сменой режима, затяжной нестабильностью или новым витком репрессий, — пока не ясно. Очевидно лишь одно: Венесуэла вступила в фазу, где каждое слово власти адресовано не только собственным гражданам, но и внешнему миру. За развитием этих процессов внимательно следят НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency.
Президент УкраиныВладимир Зеленский прокомментировал военную операцию США в Венесуэле, в результате которой был задержан и вывезен из страны президент Николас Мадуро вместе с супругой Силией Флорес. Его слова прозвучали на пресс-брифинге и сразу разошлись на цитаты.
Зеленский отреагировал с заметной иронией: «Если с диктаторами можно обращаться таким образом, Соединенные Штаты Америки прекрасно знают, что делать дальше».
Он не стал уточнять, о каких именно диктаторах идёт речь, однако в украинском медиапространстве это заявление почти сразу было воспринято как прозрачный намёк на владимира путина.
Позиция украинских властей
Официальная линия Киева была обозначена и ранее. Министр иностранных дел Украины Андрей Сибига напомнил, что Украина не признаёт легитимность режима Мадуро. Причины называются прямо: фальсификации выборов, подавление протестов и системное насилие против собственного населения.
В своём заявлении Сибига подчеркнул, что Украина поддерживает развитие событий «в соответствии с международным правом», делая акцент на демократии, правах человека и интересах граждан Венесуэлы. Эта формулировка хорошо укладывается в общую внешнеполитическую риторику Киева на фоне войны с Россией, где вопрос легитимности власти и ответственности диктатур имеет не теоретическое, а практическое значение.
Контекст шире Венесуэлы
Реакция Зеленского воспринимается не только как комментарий к событиям в Латинской Америке, но и как элемент более широкой политической рамки. Для Украины, находящейся в состоянии полномасштабной войны, любые примеры жёсткого международного давления на авторитарные режимы неизбежно рассматриваются через призму собственного конфликта.
Фраза президента стала сигналом: в мире появляется прецедент, при котором диктатура не является неприкасаемой — даже если она долгие годы игнорировала критику и опиралась на силовой аппарат.
Поляризация международных оценок
Военная операция США в Венесуэле вызвала резкое расслоение мнений. Часть экспертов и политиков говорит об «освобождении» и указывает на хронический кризис режима Мадуро — экономический, гуманитарный и политический.
Другие, напротив, характеризуют действия Вашингтона как опасный прецедент силового вмешательства, называя его формой государственно-политического давления, способного разрушить остатки международных норм.
Эта поляризация отражается и в международных институтах. В ООН идут споры о легитимности вмешательства, западные СМИ параллельно публикуют материалы о насилии, протестах и глубине социального кризиса внутри Венесуэлы.
Мир на изломе
Ситуация вокруг Венесуэлы стала ещё одним маркером того, насколько хрупким стал мировой порядок. Примеры силового демонтажа авторитарных режимов больше не воспринимаются как исключение — они становятся частью новой реальности, где старые договорённости перестают работать.
Для Украины это не отвлечённая геополитика, а вопрос прямой экзистенциальной важности. Поэтому реакция Зеленского — сдержанная, ироничная, но предельно ясная — была услышана далеко за пределами Киева.
Как именно события в Венесуэле повлияют на будущие дипломатические и военные решения в мире, пока не ясно. Но очевидно, что этот эпизод уже вписался в цепочку процессов, меняющих представления о допустимом и возможном в глобальной политике — о чём регулярно сообщает НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency.
Тем, кто утверждает, что «Израиль не обязан помогать Украине» и что «у каждой страны есть свои собственные интересы», стоит вспомнить, какие последствия привело подобное мышление на Эвианской конференции, проходившей с 5 по 16 июля 1938 года.
На повестке дня лежали судьбы европейских евреев, которых Третий рейх уже счел «недочеловеками».
В июле 1938 года президент США Рузвельт созвал международную конференцию по содействию и финансированию эмиграции «политических беженцев».
Но Гитлер, до того как заработали печи Освенцима, предлагал мировому сообществу забрать евреев к себе и с интересом наблюдал, чем кончится дело.
В коныеренции приняли участие представители 32 государств. Это были страны Западной Европы (Восточную представляла лишь Венгрия), Северной и Южной Америки, а также Австралия и Новая Зеландия. Кроме того, своих делегатов в Эвиан направили 24 еврейские и международные гуманитарные организации, в том числе, «Джойнт», Сохнут, Всемирный еврейский конгресс.
Сложившуюся к началу конференции ситуацию ранее описал Хаим Вейцман:
«Мир разделился на две части – те места, где евреи не могли жить, и те, куда они не могли поехать».
Ни одну из стран – участниц Эвианской конференции не собирались заставлять увеличивать свои иммиграционные квоты – речь шла исключительно о добровольном согласии принять больше еврейских беженцев.
Однако Швейцария, принципиально соблюдая нейтралитет, отказалась принять конференцию, поэтому она прошла во Франции. В связи с аннексией Австрии в марте 1938 года число потенциальных еврейских жертв нацистского режима значительно увеличилось. Многие евреи уже были изгнаны из Германии и Австрии, и теперь были в опасности евреи из Чехословакии.
Участники конференции выразили сочувствие страдающим евреям, но не приняли никаких обязательств. США не хотели увеличивать иммиграционные квоты из-за антисемитских настроений в Конгрессе и опасений относительно конкуренции за рабочие места. Британия не могла разместить беженцев на своей территории, а Эрец-Исраэль исключался из-за арабского восстания.
Некоторые страны заявили, что уже приняли сколько смогли, некоторые отказались из-за экономического кризиса и безработицы. В результате только Доминиканская Республика и Коста-Рика согласились принять беженцев, хотя в Доминикану попали всего около 500 человек.
Израильские лидеры того времени, Хаим Вейцман и Давид Бен-Гурион, также были против въезда евреев в западные страны. Они надеялись, что ограничение въезда в другие страны заставит Великобританию открыть еврейскую эмиграцию в Палестину.
Итог конференции вполне устроил Гитлера, который ядовито заметил:
«Я надеялся, что мир, который испытывает такое глубокое сочувствие к этим преступникам[-евреям], будет по крайней мере достаточно великодушен, чтобы превратить это сочувствие в практическую помощь».
Отказ принять евреев был сочтен грандиозной победой германской пропагандистской машины.
Находившаяся на форуме Голда Меир впоследствии так описывала происходящее в своей книге «Моя жизнь»:
«Я присутствовала там в странном качестве «еврейского наблюдателя из Палестины» и даже сидела не с делегатами, а в зале, хотя беженцы, о которых шла речь, принадлежали к моему народу, к моей семье и не были для меня нежелательной цифрой, которую нужно, если это вообще возможно, втиснуть в рамки квоты.
Страшное это было дело – сидеть в роскошном зале и слушать, как делегаты тридцати двух стран поочередно объясняют, что они хотели бы принять значительное число беженцев, но, к несчастью, не в состоянии это сделать».
В интервью журналистам Голда Меир добавила:
«Только одно хочу я увидеть, прежде чем умру: чтобы мой народ больше не нуждался в выражениях сочувствия».
Эвианская конференция, которая произошла в июле 1938 года, имела серьезные последствия для еврейского населения Европы. Не желая усугублять свои внутренние проблемы и опасаясь вступать в противостояние с нацистским режимом, цивилизованное международное сообщество не смогло спасти миллионы людей, а только отложило на неопределенное время мировую войну. Менее чем через полгода после конференции произошла Хрустальная ночь, в результате которой множество евреев было убито, а другие арестованы и отправлены в концлагеря.
Исторический урок, который можно извлечь из событий Эвианской конференции, стоит принять к сведению для НАТО в 2023 году. Особенно важно понять, что стремление избежать расширения конфликта, когда война уже идет, может привести к мировому конфликту. НАТО в настоящее время оказывает материальную и тактическую помощь Украине, но не открывает второй фронт против России.
Российские эксперты с злорадством отметили, что в коммюнике саммита НАТО Украине уделено мало внимания, и нет явного обещания дальнейшей материальной и финансовой поддержки. Они задают вопрос, одну ли Украину «кинули» или ждет ли ее еще более тяжелая судьба в ходе мировой войны.
Тем, кто утверждает, что Израилю не обязано помогать Украине и что у каждой страны есть свои собственные интересы, стоит вспомнить, какие последствия привело подобное мышление на Эвианской конференции. Нидерланды, Лондон, Франция, Бельгия, США и другие страны понесли ущерб от нацистской Германии.
Эта конференция была признана позорной страницей в истории Запада и служит уроком, что отвергая людей, попавших в беду, государства навлекают беду на себя.
Однако пока правительство Израиля не извлекло уроки из истории своего народа.
Арест Николаса Мадуро американскими силами стал событием, последствия которого выходят далеко за пределы Венесуэлы. Это не локальная операция и не разовый эпизод, а сигнал о системных изменениях в международной конфигурации сил. Для Кремля произошедшее выглядит как очередной удар по выстроенной за годы сети союзов и опор за пределами Европы.
Ослабление внешнего контура Москвы
Последние годы Россия пыталась компенсировать изоляцию на Западе расширением присутствия в «дружественных» режимах — на Ближнем Востоке, в Латинской Америке и Африке. Сирия, Иран и Венесуэла рассматривались как элементы единой геополитической дуги, обеспечивающей ресурсы, влияние и символическое противостояние США.
Война против Украины стала для этой конструкции разрушительным фактором. Она поглотила военные, финансовые и дипломатические ресурсы Москвы, сделав невозможным активную защиту даже формальных союзников.
Потеря способности защищать партнёров
Первым тревожным сигналом стала Сирия. Москва фактически отказалась от активной защиты режима Башара Асада, ограничившись эвакуацией и передав контроль над ситуацией региональным игрокам. Это было воспринято как отказ от долгосрочных обязательств.
Затем последовал Иран. Когда США и Израиль нанесли удары по иранской инфраструктуре, Кремль вновь ограничился заявлениями. Практической поддержки союзник не получил, что резко снизило ценность российской «гарантии безопасности» в глазах региональных режимов.
Арест Мадуро стал логическим продолжением этой линии. Один из ключевых партнёров Москвы в западном полушарии оказался беззащитным перед действиями США. Для системы, где лояльность строится на страхе и расчёте, это крайне опасный сигнал.
Демонстрация слабости как фактор распада
В авторитарной международной среде сила — главный аргумент. Когда союзник оказывается арестован и вывезен без серьёзной реакции со стороны покровителя, это воспринимается как утрата статуса. Кремль в этой ситуации выглядит не как центр силы, а как игрок, не способный отвечать за собственные обещания.
Это меняет поведение окружающих. Потенциальные партнёры начинают дистанцироваться, действующие — искать альтернативные каналы защиты. Геополитическая сеть Москвы теряет плотность и устойчивость.
Экономическое измерение удара
Венесуэла была важна не только политически, но и экономически. Контроль над нефтяными потоками, серые схемы поставок, финансовые договорённости — всё это дополняло военный и дипломатический союз. Теперь судьба этих механизмов под вопросом.
Потеря доступа к венесуэльским ресурсам усиливает давление на российскую экономику, уже ослабленную санкциями и затратами на войну. В условиях сокращающихся доходов Кремлю становится всё сложнее поддерживать внешние проекты.
Эффект домино
Арест Мадуро может запустить цепную реакцию. Режимы, ориентированные на Москву, внимательно наблюдают за тем, как она ведёт себя в кризисные моменты. Отсутствие решительных действий подрывает доверие и ускоряет процесс переориентации.
В этом смысле Венесуэла — не исключение, а индикатор. Система внешних союзов России входит в фазу распада, где каждый новый эпизод усиливает предыдущий.
Новый баланс
Происходящее не означает мгновенного краха российского влияния, но фиксирует долгосрочный тренд. Кремль теряет способность проецировать силу за пределами ближайшего окружения, а его союзники — уверенность в надёжности такого партнёрства.
Арест Мадуро стал маркером этой трансформации. Он показал, что глобальная позиция Москвы больше не опирается на реальную защиту союзников, а значит — неизбежно будет сжиматься. Именно такие сдвиги формируют новую международную реальность, за которой внимательно следят НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency.
Николас Мадуро и его супруга Силия Флорес 3 января 2025 спали в своей спальне до момента, когда их разбудили американские спецназовцы. По состоянию на сейчас именно этот эпизод считается отправной точкой одной из самых резонансных спецопераций последних лет, которая уже изменила политическую конфигурацию не только в Венесуэле, но и далеко за её пределами.
Собранная информация указывает: разведслужбы Венесуэлы, а также структуры России, Ирана и Китая либо не знали о готовящейся операции, либо знали, но не отреагировали. Этот вопрос остаётся открытым. Особенно показательно, что всего за несколько часов до визита американского спецназа китайская делегация встречалась с Мадуро — без каких-либо признаков тревоги или ожидания силового сценария.
Захват осуществлял элитный американский отряд Delta Force — 1-й оперативный отряд специального назначения. Операция прошла на территории военного комплекса Форт-Тиуна в Каракасе, где находилась резиденция Мадуро. Этот объект считался одним из самых защищённых в стране и входил в ядро президентской системы безопасности.
Операция в спальне: как арест Николаса Мадуро запустил крупнейший политический обвал в Венесуэле и встревожил «союзников»
Параллельно с захватом была проведена серия мощных авиаударов по ключевым объектам военной инфраструктуры Венесуэлы. Удары носили отвлекающий характер и позволили вывести из строя элементы противовоздушной обороны. Это обеспечило полную тактическую внезапность и исключило быструю реакцию охраны и союзных контингентов.
На протяжении месяцев США намеренно распространяли сигналы о том, что планируют ограничиться «экономическим удушением» режима. Мадуро регулярно жаловался на давление США Кремлю и Тегерану. По оценкам источников, именно этот комплекс мер и информационных сигналов усыпил бдительность венесуэльской контрразведки, а также иностранных структур — включая ГРУ рф и иранское подразделение «Кудс».
Президент США Дональд Трамп публично подтвердил факт захвата, заявив, что Мадуро «не президент», а «глава наркокартеля». Государственный секретарь Марко Рубио сообщил, что активная фаза военных действий завершена, поскольку главная цель операции достигнута.
Генеральный прокурор США Памела Бонди заявила, что Николас Мадуро и Силия Флорес доставлены в США для суда. Мадуро предъявлены обвинения по четырём ключевым направлениям.
Первое — наркотерроризм: сговор с террористической организацией FARC с целью «наводнить территорию США кокаином» и подорвать здоровье нации.
Второе — контрабанда наркотиков: организация поставок сотен тонн наркотических веществ через Венесуэлу в США.
Третье — незаконное использование оружия: владение и применение крупнокалиберного вооружения и взрывных устройств для содействия наркотрафику.
Четвёртое — отмывание денег: сокрытие миллиардов долларов, полученных преступным путём, через международные финансовые системы.
По совокупности этих статей Мадуро грозит пожизненное заключение. Памела Бонди подтвердила, что первое судебное заседание может состояться уже в понедельник в Майами. Позднее появилась информация, что процесс может быть перенесён в Нью-Йорк.
На фоне ареста в Венесуэле введено чрезвычайное положение. Вице-президент Делси Родригес потребовала «подтверждения жизни» президента, фактически признав потерю связи с ним. Это сопровождалось паникой в правящих кругах и сообщениями о бегстве высокопоставленных чиновников режима.
Отдельное внимание привлекла информация об участии российских структур в охране Мадуро. Его личную безопасность обеспечивали в том числе бойцы ПВК «Вагнер». Российские наёмники впервые были зафиксированы в Венесуэле в 2019 году. В 2024–2025 годах отмечалось присутствие российских инструкторов и бойцов, задействованных в подавлении протестов и охране стратегических объектов.
В конце октября и в декабре 2025 года в Каракас прилетали транспортные самолёты Ил-76, ранее связанные с логистикой ПВК «Вагнер». Считалось, что они доставили до 200 «советников» для усиления безопасности на фоне угроз со стороны США.
Система защиты Мадуро включала несколько уровней. Casa Militar — основной корпус президентской гвардии из наиболее лояльных офицеров. Кубинские спецслужбы G2, которые долгое время считались ключевыми в контрразведке внутри президентского дворца. А также Colectivos — про-правительственные парамилитарные группы, отвечавшие за внешний периметр и жилые кварталы вокруг правительственных объектов.
Несмотря на это, американский спецназ провёл операцию настолько скрытно, что ни внешние кольца охраны, ни иностранные контингенты не успели среагировать.
Реакция союзников Мадуро оказалась нервной. МИД рф назвал операцию «актом международного пиратства» и «грубым нарушением суверенитета». Российские советники в Каракасе срочно эвакуируются в здание посольства.
Китай выразил «серьёзную обеспокоенность» и подчеркнул необходимость «мирного урегулирования», избегая прямых обвинений США. Аналитики расценили это как дистанцирование от Мадуро и попытку защитить китайские инвестиции.
Тегеран назвал действия США «государственным терроризмом». В иранских СМИ обсуждается версия, что следующей целью могут стать иранские объекты в регионе, хотя внутри самого Ирана сейчас разворачивается собственный масштабный кризис.
По данным Минюста США, Мадуро был доставлен под усиленной охраной на авиабазу Homestead Air Reserve Base во Флориде, после чего переведён в следственный изолятор в Майами. Он содержится в камере с усиленным надзором. Силия Флорес также задержана, но находится в отдельном блоке для женщин.
CNN сообщает, что в дальнейшем Мадуро и его супругу могут перевезти из Гуантанамо воздушным путём на военный объект, а затем — вертолётом в Нью-Йорк. После этого их доставят в федеральное учреждение для оформления документов. Главный аналитик CNN по вопросам правоохранительных органов Джон Миллер пояснил, что речь идёт о переходе от военной операции к системе уголовного правосудия: у обвиняемых возьмут отпечатки пальцев, проведут фотосъёмку и направят в следственный изолятор в Бруклине. Совместного содержания для супругов не предусмотрено.
Параллельно встал вопрос о так называемом «золоте Мадуро». Около 31 тонны золота стоимостью свыше 2 млрд долларов хранятся в Банке Англии. Вероятнее всего, эти активы будут переданы под контроль будущей переходной администрации. Ранее британские суды отказывали Мадуро в доступе к ним.
Citgo Petroleum — американская дочерняя структура венесуэльской PDVSA — рассматривается как ключевой экономический актив для восстановления страны. Администрация Трампа уже дала понять, что США будут активно вовлечены в управление нефтяным сектором Венесуэлы.
Десятки миллиардов долларов венесуэльских средств в США и Европе остаются замороженными, но готовится механизм их разблокировки под предлогом гуманитарной помощи и стабилизации — после формирования переходного правительства.
Оппозиция восприняла арест Мадуро как шанс на немедленное восстановление демократии. Мария Корина Мачадо заявила о необходимости передачи власти Эдмундо Гонсалесу, которого многие страны считают законным победителем выборов, украденных диктатором. Оппозиция призвала вооружённые силы не сопротивляться и перейти на сторону народа, обещая амнистию тем, кто не совершал тяжких преступлений.
Фактически Венесуэла оказалась в состоянии политического вакуума и двоевластия. Делси Родригес объявила себя временной главой государства, требуя освобождения Мадуро и пытаясь удержать контроль над армией. Позже появились сообщения, что она может находиться в России.Украина
Дональд Трамп заявил, что США временно будут «управлять процессами» в Венесуэле до восстановления стабильности. Это вызвало критику даже среди союзников, включая Испанию, опасающихся прямой оккупации.
Россия и Китай инициировали экстренное заседание Совета Безопасности ООН. Колумбия и Бразилия привели войска в состояние повышенной готовности, опасаясь наплыва беженцев и пограничных столкновений. На фоне происходящего рынки готовятся к росту цен на нефть — особенно если в Каракасе начнутся бои или саботаж на нефтяных объектах.
Министр иностранных дел Украины Андрей Сибига напомнил, что Киев не признавал легитимность Мадуро после сфальсифицированных выборов и насилия против протестующих, и подчеркнул поддержку права народов на свободную жизнь.
Марко Рубио в своём заявлении отметил: «Эпоха безнаказанности для тиранов в нашем полушарии закончилась. Мадуро получит справедливый суд, которого он никогда не дал венесуэльскому народу».
История ещё далека от завершения. Но судьба всех диктаторов, как показывает практика, имеет схожий финал — вне зависимости от количества охраны, союзников и золота в иностранных банках.
Антиправительственные протесты в Иране, крупнейшие с 2022 года, продолжаются уже несколько дней и выходят за рамки привычных всплесков недовольства. Дональд Трамп публично заявил о возможности вмешательства США в случае применения силы против демонстрантов. В ответ окружение верховного лидера Ирана Али Хаменеи предупреждает о риске масштабной дестабилизации всего региона.
Эта риторика подчёркивает: речь идёт не только о внутренних волнениях, но и о точке пересечения внутреннего кризиса с внешним давлением.
Экономика как спусковой крючок
Основной причиной протестов стало резкое падение уровня жизни. Обвал курса риала лишил доходов и накоплений те слои населения, которые ещё недавно считались социальной опорой режима. Это качественное изменение: протестуют не только традиционные группы недовольных, но и люди, ранее ориентированные на стабильность любой ценой.
При этом ожидания быстрого краха власти не оправдались. Вместо революционного взрыва проявилась иная динамика — медленное, тяжёлое осознание системного поражения. Протесты не столько радикализируются, сколько расширяются и углубляются по социальной базе.
Кого винят иранцы
Внутри иранского общества нет единого объяснения происходящего. Одни возлагают ответственность на Корпус стражей Исламской революции, обвиняя его в милитаризации экономики и внешнеполитических авантюрах. Другие считают виновными умеренных политиков — в том числе президента Масуда Пезешкиана — за неспособность изменить курс.
Есть и те, кто прямо указывает на Али Хаменеи или на саму модель исламского управления как источник кризиса. Палитра мнений крайне широка, и именно это становится проблемой: общество критикует, но не формулирует единого альтернативного проекта.
Ключевой вопрос остаётся без ответа — если не исламское государство, то что взамен?
Слабость оппозиции и пределы диалога
Иранская оппозиция остаётся разобщённой и институционально слабой. Попытки создать единый фронт регулярно терпят неудачу, что снижает вероятность быстрого политического перелома. На этом фоне Пезешкиан пытается вести диалог с обществом, что заметно отличает его от предшественников.
Однако такой подход балансирует на грани. Для части населения это выглядит как шанс на эволюционные изменения. Для консервативных элит — как проявление слабости, способной подорвать основы системы.
«Вилаят-е факих» как системный узел
Принцип «вилаят-е факих» — ключевая опора иранской политической модели. Верховный религиозный лидер контролирует не только духовную сферу, но и внешнюю политику, армию, спецслужбы и стратегические решения государства. Этот принцип был закреплён в Конституции после революции 1979 года и остаётся фундаментом теократии.
Сценарий серьёзных изменений напрямую связан с фигурой Хаменеи. В случае его ухода возможен пересмотр самой конструкции власти, если элиты придут к выводу, что «вилаят-е факих» стал тормозом для выживания режима. Это не неизбежность, но и не фантастика.
Внешнее давление и фактор Израиля
Ситуацию усугубляет внешний контекст. Израиль последовательно ведёт против Ирана информационные, кибер- и психологические операции, а угроза прямой военной эскалации остаётся реальной — особенно в первой половине 2026 года.
Для Биньямина Нетаньяху важен и внутриполитический календарь: фактор выборов может влиять на жёсткость решений. В этом смысле иранский кризис перестаёт быть исключительно внутренним делом Тегерана.
Трамп и риск обратного эффекта
Заявления Дональда Трампа о возможном вмешательстве США могут сыграть двойную роль. С одной стороны — это сигнал поддержки протестующим. С другой — в Иране подобные угрозы часто воспринимаются как унижение национального достоинства, что может консолидировать часть общества вокруг режима.
Пезешкиан пытается избежать этого сценария, делая ставку на внутренний диалог и снижение градуса конфронтации. Но именно такой подход может вызвать жёсткую реакцию со стороны радикальных консерваторов.
Окно неопределённости
Иран сегодня находится в состоянии редкого совпадения внутренних и внешних факторов давления. Экономический кризис, утрата чувства безопасности, региональные угрозы и размывание легитимности власти усиливают вероятность перемен.
Однако иранское общество остаётся неоднородным, а сценарии развития — крайне рискованными. Быстрых решений нет, а любое резкое движение может привести не к реформам, а к новой фазе нестабильности.
Контекст экспертизы
Авторский анализ опирается на оценки востоковеда и политолога Игоря Семиволоса — исполнительного директора Центра ближневосточных исследований, специалиста по истории и культурной антропологии региона.
Именно в таком сложном переплетении внутренних кризисов и региональной политики сегодня рассматривается ситуация в Иране — и за её развитием внимательно следят НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency.
